Чу-zone: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вечерами ребята и девчата собирались у костра, пели под гитару, травили байки, смеялись. Дима всегда только слушал других. Майя подумала, что он просто стесняется, и однажды, взяв за руку, увела его от костра, попросила с ней немного погулять. Парень молча шёл за ней, а она восторгалась природой, погодой, экспедицией, и что они уже перешли на второй курс. Исчерпав темы, сказала устало:

— Ты бы хоть что-нибудь рассказал. Или стишок прочитал.

Дима спросил настороженно:

— Тебе нравятся стихи?

Она, вздохнув, кивнула.

— А какие?

— Да ты прочитай какие-нибудь, — попросила Майя.

И Дима начал читать стихи. Одно за другим, без перехода. Блока, Пастернака, Цветаеву. Майя слегка обалдела — парень знает Цветаеву! Гумилёва! И самое удивительное — именно знает, прочувствовал. Она присела на ствол упавшего дерева и смотрела на него широко открытыми глазами, а он стоял перед ней и читал ей стихи. Они у него не кончались! И Майя вдруг не смогла вспомнить автора очередного стихотворения, она его слышала впервые. Девушка не подала виду, но Дима снова начал незнакомый стих. Потом ещё. Она не выдержала:

— Извини, не могу вспомнить автора. Подскажи, пожалуйста.

— Один неизвестный автор, — нехотя ответил он. — Вряд ли тебе что-то скажет его имя.

— Странно, что неизвестный, — сказала она задумчиво. — Мне очень понравились его стихи.

— Это тебе, — проговорил он с грустной улыбкой. — В сети поэзия нынче не очень популярна.

— В сети? Дашь адрес? — спросила она с интересом.

— Если не забудешь, в городе сброшу ссылку, — пообещал Дима.

Он не делал никаких попыток её поцеловать, просто коснуться. Майя пожаловалась, что стихи на кровососов не действуют, комары совсем заели, и пора им отдыхать. Дима проводил девушку до палатки.

Папка уже спал, Майя тишком включила его ноутбук, подключенный к спутниковой тарелке. А то ж какие нынче экспедиции без спутниковой связи? Секретный папашин пароль для неё давно секретом не являлся, она уверенно вошла в систему. Набрала строчки, что особенно ей запомнились. Поисковик выдал страничку Дмитрия Тропинина.

Майя кликнула ссылку и надолго зависла. Имя и фамилия ещё могли просто совпасть, но с фотографии ей застенчиво улыбался настоящий Дима. Посты — одни стихи, очень редко с картинками. Посвящения какой-то Майе. Этого года, прошлого, позапрошлого… стоп! Пост с её фотографией, явно сделанной на телефон. Она улыбалась, жмурясь от солнца.

Майя застыла, глядя в экран. Всё это время, фактически всю её сознательную жизнь рядом был Дима. Смотрел на неё, украдкой фотал, писал для неё стихи. Пошёл за ней в эту экспедицию, ни на что не надеясь… И хоть бы что-нибудь вслух вякнул зараза такая!

Девушка вдруг отчётливо осознала, что влюбилась по-настоящему. Намного серьёзней обычного.

Майя с Димой на раскопках работали всегда вместе, гуляли вечерами, взявшись за руки. Он признался, что давно в неё безнадёжно влюблён, ни на что не рассчитывает — ну, кто он такой — и ему очень жаль, что так получилось. Майя попыталась его подбодрить, как-то подтолкнуть, сказала, что от стихов у неё уже кружится голова.

Дима попросил подождать минутку, куда-то убежал и через минуту вернулся с гитарой. Она сидела на том же поваленном дереве, её поедали комары, а Дима стоял перед ней и пел. Играл он неплохо, голос тоже Майе нравился, однако с этим требовалось что-то делать.

В борьбе с Диминой застенчивостью Майя проявила терпение, и дело всё-таки дошло до поцелуя. Единственного, под самый конец экспедиции. И то ей пришлось сказать Диме, что тоже его очень любит — он был просто вынужден как-то реагировать. Осторожно, как хрустальную вазу, взял её за плечи и поцеловал. Причём ей стало ясно, что он знаком с поцелуями в самых общих чертах.

В принципе Дима поступал правильно, не стоило заниматься этим в походных условиях, фактически на виду у всей экспедиции. Он не мог её дискредитировать. Когда возвращались в Чудоевск, сидели в автобусе на одном кресле, разговаривали, обменялись номерами.

На другой день созвонились, встретились, Дима принёс розы. Они долго гуляли, взявшись за руки, целовались в парке. Посидели в кафе, поели мороженого. За разговором случайно выяснилось, что у него предки вернулись из отпуска, и друзей со свободными квартирами нет, у неё была та же ситуация.

Но нет преград для влюблённой девушки. Майя помогала отцу в исследованиях, фотографировала находки, вела архив записей. Слямзить ключ от лаборатории для неё труда не составило. Вечером Дима снова пришёл на встречу с цветами. Они посидели в кафе, гуляли в парке, целовались в тени деревьев. Когда пришла пора расставаться, они стояли, обнявшись. Майя несмело предложила зайти в лабораторию, без помех посмотреть на древний артефакт.

Дима возразил, что уже поздно, а лаборатория под охраной. Майя сказала, что у неё есть ключ, охране музея подвал пофиг, там сигнализация. Она просто позвонит и скажет кодовое слово, назовётся, объяснит, что забыла на работе кошелёк или косметичку. Дима согласился, что раз так, глупо было бы не воспользоваться такой возможностью ещё раз посмотреть на древние камни без помех.

Молодые люди зашли в круглосуточный супермаркет. Дима купил соку, пластиковых стаканчиков и сандвичей, а Майя попросила его подождать у входа, она кое-что забыла, вернулась и взяла пачку презервативов. Взявшись за руки, они пошли по ночному городу к краеведческому музею.

Майя открыла папкиным ключом двери, позвонила дежурному. Назвала кодовое слово, сообщила, что потеряла на работе зарплатную карточку, с полчасика поищет и, когда будет уходить, позвонит снова. Офицер пожелал ей удачи в поисках и отключился.

Они прошли широким коридором в довольно просторное помещение. Вдоль стен стояли столы с компьютерами, шкафы с папками, а в центре стояла матово-чёрная плита, покрытая письменами, и из неё торчала трёхгранная игла. Диме эта штука не понравилась с самого начала, ещё когда увидел её в экспедиции.

Так и сказал Майе, когда вынимал из пакета и ставил на плиту пластиковые контейнеры с сандвичами, стаканчики, сок. Она стала горячо возражать, что это могущественный магический артефакт. Да-да, магия существует! Здесь написано… Признаться, с этого места Майя просто выдумывала: