Чу-zone: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну, вы слышали! А я что говорю!

Доктор рассмеялся.

— Да вы только представьте, как смотрится для атеиста ваше миссионерство. Вы приходили к людям и говорили, что их боги неправильные потому, что их много, а ваш истинный, поскольку кому-то когда-то заявил, что он один!

Бородач воскликнул:

— Но как же быть с чудесами божьими?!

— В вашей священной книге прямо признаётся существование чудес не божьих, — мягко сказал Лозинский. — Вспомните то место, где говорится, как Моисей соревновался в чудесах с египетскими жрецами.

Мужик заревел:

— Всякое чудо не от бога — колдовство! Оно от сатаны!

Лозинский вздохнул.

— Значит, вы нагло узурпировали право определять, какие чудеса от бога? Причём, вас отчего-то не смущает при вашем официальном единобожии существование анти-бога. Поймите, наконец, что ваша концепция добра и зла — просто концепция вашей религии. Одной из многих!

Мужик налился кровью.

— А ваша… ваша… всё равно неправильная! И ваши исследования сатанинские! Мы подали петицию о передаче этого вашего поганого идолища под охрану церкви!

Доктор удивился.

— Разве у церкви есть силы, чтобы что-то охранять? Пожалуйста, с этого момента подробнее.

Мужик молча уселся на место, Лозинский продолжил:

— Ваша реакция на нашу находку настораживает. Вы что-то знаете о ней? Так поделитесь! Пусть эта информация связана с вашими некрасивыми тайнами, например, о сознательном искажении истории… пусть, я готов дать подписку о неразглашении. Мы же просто нашли некий артефакт с письменами, пытаемся понять, что это такое, и вы устраиваете истерику, что-то требуете. Не хотелось напоминать, но всё-таки церковь давно отделена от управления государством.

Мужик глухо проворчал:

— И вы ещё не раз пожалеете об этом! Вы знаете Библию? «Многие знания — многие скорби. Кто умножает мудрость, тот умножает скорбь». Во многом это следует понимать буквально…

Боб тихонько встал и направился на выход. Интересно, конечно, но ему ещё нужно пройтись к краеведческому музею. Оценить подходы, пути отступления, камеры наружного наблюдения — разведка называется. Он решил не затягивать, забрать камни уже этой ночью, пока на них не наложил лапу кто-нибудь посерьёзнее чокнутого учёного.

Глава 4

Наша реальность, Чудоевск.

Дочь Сергея Лозинского, Майя Лозинская влюбилась. Случилось это не впервые, Майя влюблялась регулярно, наверное, по привычке, и влюблённости переносила, не показывая вида. Она всегда была строгой профессорской дочкой, девочкой пай, отличницей, никто ничего не должен был подумать.

Однако её стало тяготить отношение школьных подружек, а после поступления на первый курс Исторического факультета и более откровенные взгляды одногруппниц. Эти мочалки её нагло жалели! Во-первых, за то, что у неё не было парня, а, во-вторых, что она в свои восемнадцать лет оставалась девственницей. Этот роковой рубеж — восемнадцать — был пройден в прошлом году, и уже неотвратимо приближалась старость, целых девятнадцать! Ей очень не хотелось умереть старой девой.

Казалось, что уж Майе это не грозит, она регулярно замечала обращённые на неё говорящие, а то и раздевающие взгляды парней. Не худая и нетолстая, ноги стройные, приличный третий размер, русые волосы до плеч, на лицо симпатичная, выразительные зелёные глаза. Просто мечта! Вот только в положении профессорской дочки, девочки-пай и отличницы, уготована ей судьба несбыточной мечты. А жизнь-то проходит!

Этим летом, направляясь с папкой в очередную его экспедицию, Майя твёрдо решила исправить ситуацию. Ей уже восемнадцать, она студентка, а папочка пусть хоть убьётся об свои древние загадочные камни.

В команду набралось достаточно парней, она принялась присматриваться к кандидатам. В принципе в лагере царили свободные нравы, ей достаточно было просто попросить любого оказать ей маленькую услугу, но она с детства втемяшила себе, что первый раз это делать нужно обязательно по большой любви, и вдобавок не хотелось портить репутацию.

Парни в основном подобрались нужных кондиций — молодые, но старше неё, нестрашные, спортивные. Но одни уже ходили со своими девушками, другие принципиально одной девушкой ограничиваться не собирались. При внимательном рассмотрении у большинства обнаружились раздолбайство, апломб, самовлюблённость и тяга к внешним эффектам.

Так методом перебора она дошла до Димы, одногруппника, бывшего одноклассника, неизвестно с какой целью тоже оказавшегося в экспедиции. Обратила на парня внимание и обнаружила, что он идеально подпадает под все требования за исключением одного — ему тоже восемнадцать. На лицо довольно симпатичный, кареглазый. Роста среднего, не рохля, подтянут, опрятен.

Майя попыталась припомнить, каким он был в школе, и с удивлением обнаружила, что вспоминать нечего. В истории не влипал, не хулиганил, учился хорошо, но и без выдающихся достижений. Ну, совершенно же ничего особенного! Никогда бы не обратила на него внимания, если бы не экспедиция. Только в походе вдруг выяснилось, какое это редкое явление — не зануда, не трепач и не позёр.

Майя решила подарить ему немного благосклонности просто для очистки совести — она девушка серьёзная, и должна проверить все возможности. Стала смотреть на Диму чуть ласковей, обращаться с просьбами, вопросами. Парень сначала вёл себя слегка скованно, будто обалдел или своему счастью не мог поверить, однако помалу раскрепостился.