Он поцеловал её в губы, осторожно поднял с кресла. Обнял и вновь припал к губам. После долгого поцелуя, оторвался. Подвёл к стеле, принялся расстёгивать пуговки на её форме спецподразделения ФСБ, целуя шею, ключицы.
— Только давай ты в этот раз снизу, — попросила Майя.
Дима стал действовать энергичнее. Она помогала стаскивать с него полевую форму. Чуть толкнула его в грудь.
— Ложись.
Дима улёгся на плиту спиной. Майя зачем-то присела на корточки, встала с упаковкой презерватива в руках. Он выразительным взглядом оценил её предусмотрительность.
— С прошлого раза остались, брала с запасом, — пробормотала Майя, надорвав упаковку.
Димка от такой заботливости и веры в его силы моментально пришёл в полную готовность, девушка ловко надела изделие. С непередаваемой грацией забралась на парня, наклонилась к его лицу, поцеловала. Взялась за его орудие, направила. Дима замер — неужели всё повторится взаправду?!
— Да! — томно простонала Майя, начав плавные движения.
Чудо вернулось! Он на самом деле обладает прекраснейшей, самой желанной девушкой на свете!
Сергей Лозинский вышел из лаборатории в смятённых чувствах. Ему стоило немало душевных сил воздержаться от комментариев, да попросту ничего не говорить Майе. Господи! До чего он докатился! Оставляет родную доченьку с каким-то Димой! Как сводник! Он же должен протестовать, возмущаться, резко возражать против их близости до брака… Ёлки-палки! Ну и дурость! Ребята молоды, любят, пусть им достанется побольше счастья.
Он решительно вошёл в «Революционный» зал, огляделся. По его просьбе парни Боба и постовые временно передвинули холодильники поближе к стенам, даже соорудили для него небольшую трибуну в виде загородки с трёх сторон и лесенки из трёх ступенек внутри. Электрик Кирилл установил микрофон. И это меньше чем за час!
Всего народу собралось не сказать, что очень много, зал заполнили примерно на треть. Или чуть меньше, скорее, на четверть. Время всё-таки выбрали не самое удобное. Однако доктора порадовало количество молодых лиц, многие знакомы по институту. Почтил присутствием даже рабочий класс, десяток мужиков пришли в зелёных жилетках с белыми светоотражающими полосами.
«Наверное, дорожные рабочие слиняли с объекта», — подумал Сергей. — «У них же круглосуточный график».
Он поднялся на трибуну, сказал в микрофон:
— Добрый вечер.
Динамики музея повторили его слова.
«Киря умелец этакий, умудрился подключиться»! — довольно подумал Сергей.
Вообще-то, ему требовалось сделать формальное предупреждение и потянуть время.
— Вы пришли, чтобы послушать о магии, — заговорил он в микрофон. — Скажите сначала, вы хотите стать магами?
— Да! Хотим! А я уже! — раздались выкрики с места.
— Через несколько минут начнётся магический шторм, — серьёзно заявил доктор. — Предупреждаю, вы находитесь рядом с эпицентром. Это может быть очень опасным! Вплоть до летального исхода! Пожалуйста, кто не готов рисковать, покиньте музей, бегите как можно дальше…
Сергей сделал паузу.
— То есть вы все готовы рискнуть, чтобы стать магами?
— Да! Давай! Врубай шторм! — азартно закричали посетители.
Он бы и рад врубить шторм прямо сейчас, увы, от него мало что зависело, пришлось нести пафосную ахинею далее.
— После шторма мир для вас изменится! — патетически сказал Сергей. — Сначала незаметно, но с каждым часом он будет меняться сильнее! Оглядитесь! Запомните друг друга, какими вы были раньше! Близится неизбежный миг! Когда…
Народ, повинуясь его голосу, действительно заозирался.
— Вот ты мне и встретился, сука! — проорал кто-то радостно.
Сергей сбился с настроя, вгляделся в толпу. В народной среде образовалось энергичное движение, в результате которого крепкий мужчина в зелёной жилетке упал навзничь и разразился непечатной руганью:
— Это ж та … самая … …, что … … фонарь свалила на …!