Некоторое время Вадим Егорович молча смотрел на него, потом вскочил.
— Куда они пошли?
— Не знаю,
— А кто тебе сказал?
— Ира.
— А она знает, куда они пошли?
— Понятия не имею.
— Пошли к директору.
Галина Анатольевна выслушала их и испуганно посмотрела на Вадима Егоровича.
— Они же могут погибнуть! Надо в милицию сообщить.
— Не надо. Надо срочно найти Иру Наумову. Может, она знает, куда ребята пошли. Позвоните ей домой.
Галина Анатольевна достала записную книжку, нашла телефон Наумовой, позвонила. Трубку никто не поднимал.
— Ира на тренировке, надо в спортшколу позвонить, — сказал Олег.
— Ты телефон знаешь?
— Нет.
Директор по справочнику нашла номер телефона спортшколы. Иру позвали к аппарату.
— Ирочка, это я, Галина Анатольевна, сейчас с тобой будет разговаривать Олег Иванович, — она протянула ему трубку.
— Ира, ты мне рассказала, что мальчишки вашего класса сегодня пойдут взрывать бомбу. Ты не знаешь, куда они пошли?
В трубке было тихо. Олег понял, что он выдал ее, и поспешно произнес:
— Ира, это очень опасно. Они могут сами подорваться. Вот послушай Вадима Егоровича, он человек военный и лучше объяснит, чем я.
Вадим Егорович взял трубку.
— Ира, ты не ослышалась. Это правда, что сказал Олег Иванович. Ребята могут погибнуть. Если знаешь, говори быстрее, медлить нельзя, можем опоздать.
— Они под косогором за водонапорной башней.
— Это где?
— За химкомбинатом.
— Ты там была?
— Нет. Они меня тоже приглашали, но я не пошла. Сказала, что у меня тренировка.
— Спасибо, Ира, — военрук положил трубку и тут же позвонил в милицию.
Спустя несколько минут милицейская машина с воем мчалась через город. Галина Анатольевна, Вадим Егорович и Олег с милиционерами подъехали к косогору. Внизу, на краю леска, клубился дымок и были видны фигурки детей. Вадим Егорович, ни слова не говоря, прыгнул с обрыва вниз и, с трудом удерживаясь на ногах, поднимая пыль, помчался к ребятам. Вслед за ним помчались Олег и два милиционера. Галина Анатольевна осторожно стала спускаться вниз, но, не удержавшись на ногах, упала и цепляясь руками о твердый грунт, покатилась вниз.
Вадим Егорович на ходу орал не своим голосом: