Чтобы не слушать дальнейшую исповедь о загубленной жизни, он встал, ушел в свой кабинет, лег на диване.
Утром Игорь Анатольевич заглянул к дочери.
— Ира, вставай! В школу опоздаешь.
Она не отзывалась. Он подошел, дотронулся до плеча. Ира не отреагировала. Он повернул ее к себе и от увиденного замер. Ира стеклянными глазами неподвижно смотрела перед собой. На ее губах была пена. Он увидел в постели разбросанные таблетки и пузырек.
— Дарья! — не своим голосом закричал он.
В комнату вбежала жена. Кинулась к дочери и стала шлепать ее по щекам.
— Скорую! — задыхаясь, крикнула она.
Минут через десять приехала «скорая». Врач осмотрел Иру, сделал укол.
— Одевайте ее. Надо срочно в больницу. Что за таблетки она проглотила?
Игорь Анатольевич протянул ему найденный пузырек. Врач покачал головой.
— Такие сильнодействующие таблетки дома не рекомендуется держать.
Ира, лежа под капельницей, медленно возвращалась к жизни. Рядом с ней безотлучно находилась мать. Когда дочь открыла глаза, Дарья наклонилась к ней.
— Доченька… — дальше она не могла говорить, душили слезы.
Когда Ире стало немного легче, Дарья Александровна оставила вместо себя медсестру, а сама поехала домой переодеться и приготовить дочери еду. Дома она решила при-брать Ирину постель. Приподняла одеяло и увидела толстую тетрадь. Прочитав несколько страниц, беспомощно села на кровать.
— О Господи! — тихо прошептали ее губы. — Она с ума сошла!
Через неделю Иру забрали из больницы. В школе никто не знал, что с ней произошло. Дарья Александровна позвонила директору и сказала, что Ира простудилась. А когда дочь вышла из больницы, Дарья Александровна решила забрать документы из этой школы. Она не хотела, чтобы ее дочь училась там, где преподавал Олег Иванович. Когда об этом узнал муж, он посоветовал ей не спешить, а поговорить с Ирой. Но Дарья настаивала на своем:
— Она будет учиться в 65-й школе! Если бы я тогда настояла на своем, этого не случилось бы.
— Ира в эту школу не пойдет!
— Если не пойдет, я отправлю ее к бабушке.
— Никуда она не поедет.
— Поедет, еще как поедет!
— Дарья, неужели ты не понимаешь, что Ира взрослеет? Она уже не ребенок. Она с характером.
— В тебя, поэтому у нее такой же дурной характер, как у тебя. Вы оба одного поля ягодки.
— Давай не будем затевать вновь бесплодную дискуссию. Пусть она сама выберет, в какую школу ей ходить.
— Пока я мать, будет так, как я сказала!
— Не горячись. Давай узнаем ее мнение. Ей же учиться, а не нам.
— Я сказала: она порог этой школы больше не переступит!
— Нет, мама, я пойду только в свою школу. В другую не пойду.
Они повернулись. В дверях стояла Ира. Дарья Александровна хотела ей решительно ответить, что будет так, как она сказала, но, увидев выражение ее глаз, поняла, что она вновь не послушается ее и поступит гак, как сама решила. И все же в последний момент Дарья решила пойти на крайний шаг.
— Если не послушаешься меня и не пойдешь в 65-ю школу, я тебе не мать!