— Попей чаю.
Она всхлипнула:
— Папа, ведь он обещал! Зачем он это сделал?
Отец растерянно смотрел на дочь, не понимая, о чем она говорит. Ира уткнулась в подушку и еще сильнее зарыдала. В дверях появилась мать.
— Ты долго будешь истерики закатывать?
— Дарья, выйди, — с трудом сдерживая себя, тихо произнес Игорь Анатольевич.
Но та, не обращая на него внимания, подошла к кровати и скинула с нее одеяло.
— Вставай, я хочу знать, что было между гобою и учителем.
— Дарья, оставь ее в покое! Ты же видишь, в каком она состоянии.
— Ты что, оглохла, я сказала встать! — не обращая внимания на мужа, закричала Дарья.
Ира приподнялась и, обхватив руками шею отца, жалобно произнесла:
— Папочка…
— Дарья, прошу тебя, выйди.
Но та, не слушая его, схватила дочь за руку, потянула к себе. Ира еще сильнее прижалась к отцу. Игорь Анатольевич не сдержался и оттолкнул жену от себя. Впервые за многие годы совместной жизни он позволил себе так грубо обращаться с ней.
— Я сказал: уйди! — с трудом сдерживая ярость, угрожающе произнес он.
— Ты еще пожалеешь, — выходя, бросила Дарья.
Игорь Анатольевич укутал дочь одеялом, подал ей чай.
Сделав несколько глотков, она вернула чашку отцу. Он еще долго сидел возле нее. Иногда сквозь слезы Ира произносила: «Он обещал…». Игорь Анатольевич хотел спросить, что он «обещал», но, видя состояние дочери, решил подождать. Постепенно Ира притихла. Он наклонился к ней. Она спала. Осторожно прикрыв дверь, он пошел в спальню. Дарья, увидев мужа, демонстративно отвернулась. Он лег. Немного погодя она повернулась к нему:
— Ну и что эта дурочка говорит?
— Она не дурочка и не смей так ее обзывать.
— А кто она, если в таком возрасте влюбляется в старика?
— Во-первых, он не старик, а молодой симпатичный парень. Во-вторых, в таком возрасте в Китае замуж выдают.
— Ты не в Китае живешь. ? жду ответа!
— Думаю, лучше тебе самой у нее узнать.
— Идиот, — переворачиваясь на другой бок, произнесла она.
— Слушая тебя, я задаюсь вопросом: как ты преподаешь в университете и каким языком разговариваешь со своими студентами?
— Обыкновенным языком, потому что перед собой я вижу нормальных людей, а не таких идиотов, как ты.
— Нет, дорогая, просто ты живешь двойной жизнью. В разговоре с чужими ты необыкновенно обаятельная, интеллигентнейшая женщина, а дома сварливая, с набором слов уличной торговки.
Она приподнялась с постели.
— Это кто, я — торговка? Да ты лучше на себя посмотри. Кто ты, кто я…