— Уже давно должны! — снова влез Вишняков, но НКИД его проигнорировал:
— … и я боюсь, что они станут давить на нас, чтобы прервать экспедицию. Они вообще последнее время ведут себя как-то нервозно. Мы постараемся сделать всё, чтобы решения принимали специалисты, но, на всякий случай, будьте готовы к тому, что нам придётся им уступить.
Джон, который всё это время сидел закусив губу, вдруг обратился к присутствующим в ЦУПе:
— Господин Безучастный! Могу ли я послать своей семье закодированное письмо?
— Не вижу в этом никаких проблем.
— Нет… вы не поняли. На… другой электронный адрес и так, чтобы никто не знал.
— Если вы мне доверяете, можете сбросить на мой адрес, а я перешлю. Но со своими товарищами будете объясняться сами.
На это Джон только тяжело вздохнул:
— Конечно.
Тут ведущая роль снова перешла к Ник Никычу и завязалось обсуждение, что следует изменить в завтрашней программе в связи с последней информацией.
Королёв, Московская область, узел дальней космической связи в здании ЦУП, примерно то же время
— Вы!… Вы!… Это полнейшая безответственность! Но вы за всё ответите! — выкрикнул Вишняков и, хлопнув дверью, покинул помещение.
— Не нравится он мне… — проворчал Ник Никыч ему вслед.
— А мне-то он как не нравится, — совершенно спокойно прокомментировал Безучастный. — Ладно, товарищи, мне уже пора. Надеюсь завтра у нас будут добрые вести.
С этими словами он покинул собрание. Засобирался и нарком иностранных дел:
— Пойду и я, надо известить американцев. Что-то мне подсказывает, что с этим надо поторопиться.
Последними ушли к себе непосредственные руководители экспедиции.
Кратер Страбон, кабина корабля Ла-20-ЛП, 18 июля, сразу после сеанса связи
Сеанс связи закончился и все повернулись к Джону. Американец с облегчением отметил, что в направленных на него взглядах не было враждебности, только напряжённое и слегка настороженное любопытство.
— Ну, колись, что ты за Джеймс Бонд такой, — с улыбкой спросила Люся.
— Да Джон я, Джон. Это дедушка у меня Джеймс. Только я не Смит, а Барух.
— Ого! — только и смог высказать Аскар. В глазах Влада тоже засветилось понимание. А вот девочки, похоже, были совсем не в курсе расстановки сил в американских элитах и их общее сомнение высказала Света:
— Ну и в чём прикол?
— Барухи это раз в десять круче Ротшильдов с Рокфеллерами вместе взятых, — пояснил Аскар, который благодаря своему дяде неплохо разбирался в вопросах экономики, в том числе и иностранной.
— Скажешь тоже, в десять, — усмехнулся Джон, — всего вчетверо.
Все притихли. Влад осторожно начал выспрашивать:
— А можно спросить: А зачем ты сюда полез? Нет, ты пойми, к тебе вопросов никаких, здесь ты по честному, на месте. В экипаж вписался, свою задачу тянешь, как немногие смогут, такого никакими деньгами не купишь…
— Купишь… — скривился Джон.
— Ты на себя не наговаривай! Учителя там всякие, это понятно. Но надо ещё чтобы учение было в прок. Ты своё освоил, дай бог всякому, и это твоё, по честному. Но как тебя сюда отпустили? Ты же там, в Америке, типа как национальное достояние, главный наследник трона.
— А это всё дед! — Джон заметно расслабился. — Он всё бредит древними героями, всё любит сказку рассказывать, чего-то из индийского: "И началась битва и вышли сто тысяч колесниц, на каждой были возница, лучник и щитоносец. И была тысяча колесниц, на которых были только возница и воин, который был столь искусен, что поражал врагов стрелами и прикрывал щитом себя и возницу. И был только один воин, который сражался на колеснице один, поражая врагов стрелами, управляя колесницей и укрываясь щитом. И это был царь!"…