Лена погладила сидящую у неё на плече невидимую драконицу.
— Знаешь, мне иногда кажется, что я вижу какую-то тень… Словно мелькает вокруг тебя. Когда ты сбоку, а я смотрю куда-то ещё. А если начинаю присматриваться, то ничего нет.
— ВМ говорил, что так и бывает, когда начинают видеть таких… Как их Аскар называет? Албасты?
— Ага. Ладно, подреми.
— А ты?
— Я привычный.
Влад осторожно взял Лену за руку. Она благодарно кивнула и прикрыла глаза.
Москва, приёмная КГБ СССР по Москве и Области, утро 14 июля
Молодой и вежливый лейтенант пригласил Игната в кабинет, включил компьютер, подвинул к нему микрофон и сказал:
— Извините, Игнат Фёдорович, но по каждому обращению мы обязаны вести протокол. Вы готовы передать нам ваше сообщение?
— Да, конечно.
— Тогда ещё раз, где вы работаете?
— Я ведущий инженер КБ номер 410, это мы сделали орбитальный танкер возле Луны и сейчас делаем такой же на околоземной орбите. Мой отец, Фёдор Михайлович Ковалёв, был одним из космонавтов, спасшихся с нашей лунной базы Федерация.
Игнат говорил спокойно и чётко, потому что успел хорошо продумать своё выступление.
— Это имеет отношение к тому, что вы собираетесь сообщить?
— Непосредственное. Дело в том, что эта та самая старая лунная база, куда сейчас летят пионеры!
— А! Та самая Первая пионерская экспедиция! Понятно. Значит ваш уважаемый родитель был там, когда в базу попал метеорит?
— Осенью 2071 года, незадолго до смерти, он рассказа мне, что никакого метеорита не было!
— А что же было?
— Дайте я расскажу по порядку! Отец рассказал мне, что по приказу с Земли группа из двух членов экипажа была направлена для обследования долины, прорезающей вал кратера. В расчётное время связь с группой прекратилась и больше группа на связь не выходила. Проводить спасательную операцию запретили с Земли. А через сутки после того, как у них должен был закончиться кислород, на базу кто-то напал. По крайней мере для оставшихся на базе это выглядело так.
— Это были американцы?
— Отец считал, что нет. Он думал, что это… чужие.
— А…
— Извините, дайте я закончу! Когда нападение прекратилось, они получили приказ с Земли срочно возвращаться, а после, на Земле, информацию о том, что там произошло на самом деле, засекретили и распространили легенду про метеорит. А там началась Всемирная Гражданская, всем стало не до космоса и отец боялся, что о настоящих событиях могут просто забыть. И вот сейчас к этой базе отправили экспедицию. Детей! А по телевизору говорят только официальную версию гибели базы. Я боюсь, что отец был прав и о том, что там произошло на самом деле действительно забыли. И дети могут столкнуться там, неожиданно для всех, с чем-то очень опасным. А там, между прочим, и американский школьник с ними летит!
— Хорошо. Я вас понял, — на лице лейтенанта не дрогнул ни один мускул. — Отец оставил вам какие-то записи на этот счёт?
— Да, конечно, — и Игнат выложил перед лейтенантом оставленную отцом тетрадь.
— Тогда сделаем так. Сейчас вы подпишете протокол, я заберу эту тетрадь и передам информацию руководству экспедиции.
---------
[1] Ла-20-ЛП — Ла — НПО им. Лавочкина. И сегодня основной производитель отечественных космических аппаратов, 20 — номер модели в данном модельном ряду, ЛП — Лунный Пилотируемый.
[2] Как известно, для реактивного двигателя чем выше скорость выхлопной струи, тем выше его тяга на один килограмм затраченного топлива. Но, в то же время требуется больше мощности на каждый килограмм тяги двигателя. Для т. н. "химической" ракеты (например, сжигающей керосин и кислород) это не особо актуально, а вот для электро-реактивных двигателей (ионных, плазменных и т. п.) — существенно, так как им требуется электрический источник питания. И чтобы получить более-менее приемлемую тягу ионному, например, двигателю требуются совершенно немыслимые электрические мощности. Плазменный двигатель является компромиссом: там скорость выхлопной струи существенно выше чем у ракеты с химическим двигателем, что позволяет существенно экономить топливо, но требуемая для этого мощность не слишком велика.