— Я бы поверил, если бы это был грузовик до одной из наших баз, — ответил Ник Никыч, — но проект ведут так, словно мы отправляем первую и последнюю пионерскую экспедицию. Зачем набили туда столько задач? Зачем запихнули туда столько народу? Да и американца этого…
— Сразу видно, что ты чистый технарь, — усмехнулся Вениамин Михайлович. — Это же первая пионерская экспедиция. Знаковое событие! А знаковое событие должно быть масштабным.
— Ну ладно, масштаб соблюдён, место для них подобрали идеальное, действительно песочница, но американца-то зачем сюда приплели?
— До кучи, — отмахнулся Шустрый. Ник Никыч настаивать не стал, но всё равно, оставалось ощущение, что с американцем не всё так просто. Но всё же оставался главный вопрос:
— Ну а теперь говорите честно, какая настоящая задача у этой экспедиции?
Ахмет с Вениамином переглянулись, ответил Ахмет:
— А какая главная задача была у Гагарина?
Ник Никыч крепко задумался и честно ответил:
— Не понимаю о чём ты?
— Там, — Шустрый указал пальцем на потолок, — пришли к выводу, что пора делать следующий шаг, переходить от присутствия на Луне к её освоению. Это, в общем-то, давно стало общим местом. НО! Аналитики считают, что резко возрастает вероятность обострения через пятнадцать — двадцать лет. Конечно, сейчас активно работают, чтобы его купировать, но если оно случится, то для нас это единственный шанс уцелеть.
— А заодно, заметно повышает шансы избежать его, — вклинился Ахмет.
— Обострения чего? — уточнил Сидоров.
— Второй империалистической, — спокойно сказал Шустрый. — Ты же не думаешь, что она закончилась с нашей Второй революцией?
Слова "Второй революцией" он произнёс с изрядной долей скепсиса. Ник Никыч с сомнением покачал головой:
— Это все более менее понимают. При чём тут Гагарин?
— Какая была главная задача у Гагарина? — с нажимом спросил Ахмет.
— Если совсем честно, то побывать там и вернуться живым… Но ведь с этими детьми…
— Всё гораздо сложнее и важнее. Как я уже сказал, пора переходить от присутствия к освоению. Жить там. Владеть территорией, это значит жить на ней. Постоянные поселения…
— И дети, — догадался Ник Никыч.
— Правильно. И сегодня мы начинаем готовиться к тому, чтобы растить детей в космосе. Сегодня мы отправим туда этих, действительно выдающихся детей, по возвращении оценим их опыт, будем разрабатывать методики и… не исключаю, что именно участники этой экспедиции станут первыми постоянными поселенцами, — подтвердил его слова Шустрый.
— И тогда наши партнёры могут хоть кобальтовую бомбу[4] взрывать, нам будет куда эвакуировать своих людей, — подвёл итог Ахмет. — Нанести массовый разрушающий удар по внеземным поселениям, задача не по их зубам, тем более, что уже сейчас у нас есть вполне надёжная ПМЗ[5]. Если они действительно начнут атомную войну, нам даже не понадобится наносить ответный удар. Они сами передохнут от последствий.
— Но это же огромная работа! — воскликнул Ник Никыч.
— И она ведётся, — кивнул Ахмет. — И мы уже вплотную подошли к тому рубежу, когда вахтовых посёлков на Луне недостаточно. Там уже пора жить. Мы и так слишком долго копались.
---------
[1] ГОК — Горно Обогатительный Комбинат. В описанное время интегрирован с карьером.
[2] доктор Кашпировский — герой городских легенд, анекдотов и многочисленных произведений фэнтези начала XXII века. Врач и очень сильный экстрасенс, работавший, согласно легендам, в Москве, в конце XX века. Благодаря своим экстрасенсорным способностям успешно противостоит своему антагонисту, Алану Чумаку, тоже сильному экстрасенсу.
[3] …все твои приводы… — приводы в милицию по причине малолетнего хулиганства.
[4] кобальтовая бомба — тип атомного боеприпаса, вызывающий массированный выброс радиоактивного кобальта. Способна вызвать такое радиоактивное заражение всей поверхности Земли, что большая часть людей и прочих теплокровных животных умрёт от лучевой болезни в течение пары-тройки лет.
[5] ПМЗ — противо-метеоритная защита. Сейчас для космических объектов не актуальна, но для постоянно действующих и достаточно протяжённых объектов на поверхности Луны становится необходимой.
Глава 6, в которой мы прогуляемся по Москве XXII века, заглянем на её тёмную, постапокалиптическую сторону и узнаем кое-что неожиданное о детстве наших героев