«Несоответствие, — отметил про себя Морт. — Парень не из тех, кто называют любовниц бабами. Он сказал это, чтобы показать, что девушка ему не дорога, оправдывая тем самым свое бездействие. Считает себя хитрецом и боится выглядеть трусом. Важный момент».
— Разве ты не знал, что у нас запрещено вступать в любовную связь с сотрудниками? — спросил Морт.
— Меня предупреждали, — сказал Артем.
— Но тебя это не остановило.
— Я мужик. И не один я тут такой.
«Умник, — иронически подумал Морт. — Smart one. Переводит стрелки на других. Полагает, так уменьшит свою ответственность. Наивный мечтатель».
— Итак, — заговорил он, соединяя и разъединяя кончики пальцев, — ты гулял с Ивлевой в лесу. Подъезжают на квадроцикле двое, забирают ее и уезжают. А ты? Стоял, разинув рот? Тогда почему в монастыре слышали выстрелы? И как ты узнал, что они уплыли на лодке?
Артем пожал плечами:
— Я, когда опомнился, погнался за ними. Потому и стреляли по мне. А лодку собственными глазами видел. Стеклянный с ломом был. Сломал замок или цепь, не знаю. Потом запрыгнул в лодку и поминай, как звали. Фыр-р, и все дела.
— Не все дела, нет, — покачал головой Морт. — Нескладная у тебя история, Дергач. Эти двое — менты, полицаи. За каким дьяволом им было заложницу брать? Чтобы пожизненные сроки на себя навесить?
— Лиля хвасталась, что у нее отец офицер, полковник, — буркнул Артем. — Тоже, наверное, полицейский. Решили с ним утрясти. Они ему — дочку, он их от вас отмазывает. Все просто.
«Нет, не просто, — возразил доктор Морт мысленно. — Парни прекрасно знают, как высоко простираются мои связи. Тут и генерал не всякий поможет. Ладно, про Лилю станет все ясно, когда ее возьмут и вернут обратно. А пока что самое время заняться Артемом. Вплотную».
— Что ж, — произнес Морт, поднимаясь с места, чтобы подойти к окну, за которым простирался унылый серенький пейзаж. — Будем считать, что ты на мои вопросы ответил, Артем, и сомнения мои развеял. Alright. Пойдем дальше. Хочу сделать тебе предложение.
— Какое?
Хотя Артем изо всех сил старался сохранить внешнее безразличие, у него это не вполне получилось.
— Тебе должно понравиться. — Морт опустился на диван и приглашающе похлопал по лоснящейся коже. — Перебирайся поближе, поговорим. — Он сделал паузу, дожидаясь, пока приглашение будет принято. — Как я уже говорил, ты мне импонируешь. Я даже не стану наказывать тебя за самовольные… гм, прогулки. Хотя следовало бы. Далеко не каждый человек способен ценить оказываемое ему доверие. How about you? Как насчет тебя?
Доктор испытывающе посмотрел на Артема. Тот не придумал ничего лучше, как в очередной раз пожать плечами.
— Никто не жаловался, — сказал он.
— Хороший ответ, — одобрил Морт. — Ни к чему не обязывающий. Пространный. Но я не буду копать глубже. Это ничего не даст. Слова ничего не стоят. Ложь можно отличить от правды только по делам. Согласен?
— С этим утверждением не поспоришь.
— Great. Отлично. Я, признаться, не очень люблю, когда со мной спорят. Вот сегодня Марат попробовал и очень меня разочаровал. Я подумываю о том, чтобы его заменить. Тобой. Как тебе такое предложение?
— Что это будет означать для меня в деньгах?
— Правильный вопрос, — улыбнулся Морт, проведя языком по блестящей нижней губе. — Двойной оклад. Устраивает?
— Что я должен буду делать? — поинтересовался Артем. — Что-то я не замечал, чтобы у Марата были какие-то особые обязанности. Покрикивал на остальных, работу распределял. Вот и все.
— Все, да не все. Сейчас я объясню тебе, чем тебе придется заниматься. Слушай внимательно, не перебивай. Хотя стоп! Забыл спросить: у тебя в последнее время бессонницы не было?
— Нет… Кажется…
— Неуверенно отвечаешь, — отметил Морт, хмуря брови. — Я должен знать точно.
— При чем тут бессонница? — удивился Артем.
— Не забывай, где ты находишься. В таких заведениях, как мое, психика людей претерпевает незаметные, но необратимые изменения. Не в лучшую сторону, естественно. Патология. И я должен знать, если она у тебя началась. Для своевременной реабилитации.
Артему, смотревшему в озабоченные глаза Морта, показалось вдруг, что обстановка в кабинете неуловимо изменилась. В ушах возникли какие-то посторонние шумы, словно там настраивали на нужную волну радиоприемник. Освещение тоже почему-то приняло другую окраску. Артем поморгал глазами, стараясь восстановить привычную резкость и яркость зрения. Вместе с тем мысли его были заняты другим. Кажется, его сон в последнее время стал беспокойным. Засыпал он долго, а среди ночи просыпался по нескольку раз, чтобы попить воды или просто полежать с открытыми глазами, бесцельно пялясь в окно. Неужели с ним происходит то, о чем говорит доктор Морт?