Вскоре мы приземлились на аэродроме между Иркутском и Ангарой. Нас приветствовал дежурный с флажком в руке. Мои чемоданы сразу же очутились на небольшой автоповозке, и я двинулся следом за ней к аэровокзалу.
— Подполковник Шелемеха просил передать вам, чтобы вы ехали прямо к нему, — сказал мне дежурный. — Машина прислана.
С чувством благодарности к Станиславу я осмотрелся. Какой-то человек у аэровокзала пристально вглядывался в небо. С удивлением я узнал Самборского. Наши взгляды встретились.
— Олекса Мартынович! — крикнул он мне, и в ту же минуту я попал в его объятия.
Самборский нисколько не изменился. Он был таким же подвижным, суетливым, склонным к иронии.
— Вот неожиданная встреча! — восклицал инженер. — А знаете ли вы, кого я приехал встречать?
— Не представляю.
— Аркадия Михайловича и Тараса Чутя.
— Да ну!.. Где же они? Когда прибывают?
— Сейчас. На рейсовом самолете тысяча четыреста пятьдесят шесть. Они летят из Свердловска. Когда они будут? — опросил Самборский у дежурного.
— Тысяча четыреста пятьдесят шестой вылетел из Свердловска в третьем часу по местному времени, — обстоятельно ответил дежурный. — Он должен прилететь сюда в семнадцать.
— А сейчас без трех минут пять, — сказал Самборский, поглядев на часы.
— Должно быть, это он, — дежурный показал на запад.
Мы заметили черную точку. Дежурный оставил нас и пошел на аэродром. В это время из аэровокзала вышел мужчина без шапки. Кажется, он чуть сутулился, но точно я сказать не мог. Он шел твердыми шагами, и, когда он приблизился к нам, я почувствовал новый прилив волнения. Я узнал Ярослава Макаренко.
— Ярослав Васильевич!
Он подошел к нам и приветливо поздоровался со мною, не проявив, впрочем, ни в малейшей мере той радости, которую я только что наблюдал у Самборского. С последним он обращался вежливо, но холодно. Я заметил явное недоброжелательство Самборского, когда тот смотрел на своего друга, и догадался, что дружба двух инженеров дала еще большую трещину.
— Слышал, что приезжаете, но не знал, что вы уже здесь, — обращаясь ко мне, сказал Макаренко.
— Только что с самолета. А вы, верно, встречать Аркадия Михайловича?
— Угадали. Его и Тараса. Не знаешь, — спросил он у Самборского, — они не опаздывают?
— Вон их самолет. — Самборский указал на машину, делавшую круг над аэродромом.
Мы ждали, пока машина приземлится. Тем временем я внимательно приглядывался к обоим инженерам. Самборский почти не изменился. Зато в Ярославе Макаренко изменения безусловно произошли. Лицо его стало еще суровее, челюсти были крепко сжаты, на непокрытой голове я заметил седину. Можно было бы сказать, что он постарел, но от него веяло необыкновенной энергией, упорством, чувством победы. Неясно, откуда взялось такое ощущение, но я понимал, что возле меня стоит человек больших страстей, который, однако, прячет от постороннего взгляда свою внутреннюю жизнь, свои стремления.
Но вот воздушный лимузин коснулся колесами земли и покатился по полю, приближаясь к нам. Мы поспешили к машине. Первым выскочил из нее паренек в зеленом костюме. За ним вылез седенький старичок в фетровой шляпе. Это были Аркадий Михайлович и Тарас Чуть.
Профессор крепко пожал руку каждому из нас, каждому сказал комплимент, а меня заставил покрутиться на месте — хотел посмотреть, каким я вернулся из-за границы.
Тарас вырос и возмужал. Это был уже не мальчик, а подросток, почти юноша. Он сильно вытянулся, отличался худощавостью, а глаза его смотрели одновременно и мягко и задорно.
Увлекшись приветствиями и разговором, мы все еще стояли посреди поля. Нас вежливо попросили не мешать посадке самолетов и пройти в помещение аэровокзала. Мы взяли вещи профессора и направились к машине. Но на самом краю поля оживленный разговор возобновился, и мы снова остановились.
— В котором часу открывается сессия Научного совета? — спросил профессор.
— Должна была открыться сегодня в восемь вечера, но отложена на пять-шесть дней, — ответил Ярослав.
— Почему?
— Не все доклады подготовлены. Сейсмологи еще не закончили исследования в зоне Забайкальской впадины, служба движения еще спорит о форме электровозов и вагонов, и энергетики тоже что-то там… Об этом его спросите, — кивнул Ярослав в сторону Самборского.
Энергетик прищурился и бросил недобрый взгляд на Ярослава.