При упоминании о погибшем псе Хромой содрогнулся; его глаза застила печаль.
– Белла больше всех пострадала, когда кто-то отравил кучу добычи, – напомнил он.
«И я, я тоже…»
Брюхо Грозы свела судорога Если злодейка метила в определённых собак, то она, Гроза, тоже являлась её мишенью! Ведь всякий раз, когда в Стае что-то случалось, она неизменно оказывалась под подозрением. И все свои козни плохая собака подстраивала так, что создавалось впечатление, будто виновата во всём она, Гроза! Она всегда оказывалась на момент преступления одна. И не могла доказать, где была и что делала.
А откуда было взяться этим доказательствам? «Я же не знала, когда произойдёт очередное преступление. Это было известно только плохой собаке. Раз я этого не знала, значит, и плохой собакой быть не могу. А имейся у меня свидетели, я была бы вне подозрений».
Гроза заколебалась. Ей почему-то не захотелось делиться этими соображениями с вожаками. «Ты же видела, как отравившаяся или закиданная камнями собака превращалась в подозреваемую… А это тоже вред, только невидимый…»
Прежде чем Гроза смогла снова заговорить, Альфа с сомнением покачала головой:
– Я согласна, что между пострадавшими собаками может быть связь. Но я не могу понять, какая именно. Шёпот, Белла, Луна, Хромой… Все они раньше были в разных стаях. И статус у них разный. Среди них есть и охотники, и патрульные, и разведчики. Кроме того, что теперь они все – члены нашей Стаи, я ничего общего между ними не вижу.
Гроза расстроенно ссутулилась.
– Я тоже не вижу, – призналась она. – А мне бы так хотелось найти эту связь.
– Не беспокойся. И не стесняйся делиться со мной своими предположениями. Мы должны общаться, обсуждать этот вопрос.
Иначе в своих поисках предателя мы не продвинемся ни на шаг. Думаю, ты права: надо установить, кто ещё из собак вне подозрений. И надо приложить для этого все усилия. Иначе мы никогда не найдём настоящего виновника.
Гроза позволила себе расслабиться. «Альфа и Счастливчик воспринимают меня серьёзно. Это хорошо!» Приободренная охотница встряхнулась. «Мне невыносима мысль о том, что предателем может оказаться кто-то из моих сородичей по Стае. Но мы должны найти плохую собаку!»
Медленно покачивая своим жёлтым хвостом, Счастливчик устремил взгляд вдаль.
– Это так трудно принять, – пробормотал он. – Щётка, Лесник, Шкирка, Стрела… Они давно нас покинули. Как Белла и Дротик. Сомневаюсь, что они вернулись на нашу территорию, чтобы навредить нам. А те собаки, которые ещё здесь… Ты только не подумай, Гроза, будто я отношусь к твоим словам несерьёзно, – добавил поспешно Бета, – но как можно их подозревать? Маленькая Солнышко – убийца? Или Дейзи? – Счастливчик нервно облизал губы. – Бруно? Да, он иногда бывает грубоват и несговорчив. Но он всегда был верен нашей Стае. То же относится и к Кусаке. Микки? Нет, я даже мысли допустить не могу, что он способен на такое. Погоня? Я знаю её не так хорошо, как остальных. Но когда-то мы были с ней в одной стае. И я уверен: она хорошая собака, надёжный член стаи. Я чувствую это своими костями.
– В том-то и проблема, – вздохнула Альфа. – Мы полагаемся на свои чувства и ощущения. Но пользы от этого никакой.
Гроза опустила голову. А чего она, собственно, ждала? Что у Альфы или Беты найдутся быстрые и простые ответы? Похоже, глубоко внутри именно так она и думала.
«Нет, Гроза! Будь благоразумна! Эту проблему за раз не решить!» – отругала себя охотница. Она решила поговорить с Альфой. И она это сделала. И поступила правильно. Теперь, по крайней мере, она знает: не только её гложет тягостная загадка.
Но Гроза осознала и другое: она не может всё так оставить. Направившись к своему логову, Гроза ощутила, как её мышцы налились решимостью.
«Я не могу сидеть сложа лапы. Я не могу спокойно ждать, когда Альфа придёт к каким-либо выводам. Что, если за это время пострадает ещё одна собака? Я должна действовать, защитить Стаю. Даже если эта защита ограничится лишь обсуждением ситуации с моими сородичами».
Очевидно, что собаки, ставшие мишенью козней, к ним не причастны. Значит, ей следует поговорить в первую очередь с ними. Кто знает, может, они видели что-то – что-то важное, только не поняли этого в тот момент.
Конечно, собакам будет нелегко жить в ожидании новых покушений, но открытое обсуждение этого принесёт свою пользу! Собаки будут настороже. А бдительность, как известно, – залог безопасности. И пробудить её в собаках она, Гроза, может прямо сейчас.
К границе лагеря по краю поляны направилась тёмно-коричневая фигура, почти сливающаяся со стволами деревьев. Гроза слабо тявкнула:
– Ветерок! Подожди!
Коричневая собачка обернулась и недоумённо покосилась на Грозу:
– В чём дело, Гроза? Я должна сменить Дейзи в патруле.
– Я тебя долго не задержу, – сглотнула Гроза. – Дело в том… мне нужно поговорить с тобой. О плохой собаке.
– О плохой собаке? Почему ты хочешь поговорить об этом со мной?
– Я уверена, что предательница снова попытается нанести нам удар. Думать об этом ужасно, но необходимо. Я в этом уверена Мы должны быть готовы к новым козням, – облизала челюсти Гроза. – И я пытаюсь выяснить, какие собаки не могли их чинить. Это легче установить, чем гадать, кто из собак на такое способен.
– И что ты думаешь, Гроза? – поинтересовалась Ветерок. Она присела на задние лапы и с любопытством наклонила голову.