— Привет, дурак.
— Что я такого сделал?
— Разве после того, как переспишь с девушкой, ты не должен наутро позвонить, чтобы она не чувствовала себя виноватой?
— Господи, Алана, я...
— Некоторые мужчины даже присылают цветы, — продолжала она деловым тоном. — Не то чтобы я таких встречала, но читала об этом в «Космо».
Конечно, она права. Я не позвонил ей, и это было очень грубо. Но что я должен был ей сказать? Правду? Что я застрял, как жук в янтаре, и не знаю, что делать? Что я безумно рад, что нашел такую женщину, как она, постоянно о ней думаю и в то же время ненавижу и презираю самого себя? «Да, детка, — подумал я, — ты читала в „Космо“, что мужчины вас используют, но ты понятия не имеешь, насколько подло».
— Как Пало-Альто?
— Красивый городишко, но я не дам тебе так легко сменить тему.
— Алана, послушай. Я хотел сказать тебе... У меня плохие новости. Мой отец только что умер.
— Ой, Адам! Мне так жаль! О Господи... Жаль, что меня не было рядом.
— Мне тоже.
— Как тебе помочь?
— Не беспокойся, ничего не надо.
— Ты уже знаешь... когда похороны?
— Через пару дней.
— Я должна быть здесь до четверга. Мне так жаль!
Потом я позвонил Сету, который сказал практически то же самое:
— Елки, приятель, мне так жаль! Как тебе помочь?
Люди всегда так говорят, и это приятно, хотя поневоле задумываешься: а чем тут поможешь? Мне ведь не кастрюля нужна. Я и сам не знаю, что мне нужно.
— Да никак.
— Ладно, я смоюсь с работы. Будь спок!
— Нет, не нужно, спасибо.
— Будут похороны и все такое?
— Да, скорее всего. Я дам тебе знать.
— Ну, береги себя, друг!
Потом сотовый зазвонил сам. Мичем даже не поздоровался. Его первыми словами были:
— Куда ты пропал, черт тебя дери?
— У меня только что умер отец. Около часа назад.
Долгое молчание.
— Господи... — сказал он. Потом сухо добавил, словно додумался: — Очень жаль.