Стоун крепко сжал руку жены.
— Он когда-то очень много значил для меня, — произнес он, но что-то в его голосе подсказало ей, что он чего-то недоговаривает.
— Что случилось, Чарли?
— Позже расскажу.
Шарлотта вдруг выглянула в окно и сказала шоферу:
— Я знаю короткий путь туда, мы сэкономим минут десять. А они нам могут понадобиться.
Шофер, не привыкший к тому, чтобы им командовала женщина, проворчал:
— Может, сядете за руль?
— Нет, — отрезала она. — Просто делайте, что вам говорят, ладно? Я знаю все закоулки этого проклятого города, — и уже тише добавила: — Я знала, что когда-нибудь это может понадобиться.
«Волга» выехала на пустынную улицу на окраине Москвы. Это был бедный район на юге города.
— Тут, — скомандовал Стоун. Машина остановилась. Чарли поцеловал Шарлотту и вышел из «Волги».
— Будь осторожен! — крикнула она на прощанье.
Подойдя к гаражу, Чарли увидел Стефана Крамера.
— Чего же мы ждем? — спросил Стоун молодого русского. — Давайте войдем внутрь.
— Боюсь, что это невозможно.
— Что случилось, Стефан?
— Раньше этого не было, — ответил Крамер, подводя Стоуна к двери гаража Федорова, в котором его бывший сокамерник хранил взрывные материалы.
Облупленная дверь была измазана машинным маслом. На ней висел огромный замок очень сложной системы.
— Новый, — произнес Чарли. — Должно быть, совсем недавно повесили.
Оглядев замок, он повернулся к Стефану и сказал:
— Я отлично разбираюсь в замках.
78
6.57 утра
Незадолго до семи часов утра 7 ноября два человека в форме офицеров ГРУ подъехали к Мавзолею Ленина.
Красная площадь была темной и безлюдной, только милиционер мерял шагами вымощенную булыжником землю, да несколько караульных, расставленных по периметру, смутно виднелись вдалеке. Два гвардейца почетного караула неподвижно стояли у входа в Мавзолей.
Человек помоложе нес в руке ярко-голубую сумку с бомбой. Когда он и его начальник проходили через заднюю дверь Мавзолея, караульный отдал им честь. Он явно счел их посещение секретной проверкой. Все шло отлично.
— Доброе утро, — поздоровался он.
— Доброе утро, — ответил человек постарше и спросил: — Арсенал в подвале открыт?
— Нет, товарищ генерал-полковник. Вы же распорядились, чтобы туда никого не пускали. Он заперт.
— У кого ключи?
— У Соловьева, товарищ генерал-полковник.