Я очень надеялся на то, что Йоши читает по-английски лучше, чем говорит.
Если Курт говорил мне правду – а у меня не было причин сомневаться в том, что у него есть компромат на Дика Харди, поскольку он действительно умел искать и находить то, что надо, – тогда то, чем занимался Харди, было не только незаконным, но и просто непорядочным.
Я был уверен, что высшее руководство Entronics в Токио понятия не имело, чем занимается Харди. Японцы были слишком осторожны, слишком щепетильны, чтобы играть в такие скользкие и дешевые игры. Их игры были на порядок более интеллектуальны. И они бы никогда такого не простили. Они бы докопались до сути вещей, прижали бы Харди к стенке и пинком выгнали бы его из Entronics в считанные секунды.
Обломки машины Тревора представляли собой ужасное зрелище. Передняя часть машины пострадала настолько сильно, что ее почти невозможно было узнать. Капот был задран кверху, водительская дверь почти сорвана с петель, обе передние шины лопнули. Вся ходовая была разбита вдребезги. Глядя на машину, становилось ясно, что в такой аварии выжить не мог никто.
Мы с Грэмом стояли рядом и мрачно глядели на обломки.
– Хозяин дома будет вне себя, – сказал Грэм. – Разве я говорил тебе, что ты можешь притащить их сюда?
– Конечно. Сегодня утром.
– Наверное, я тогда еще не проснулся. Я думал… Понятия не имею, о чем я думал.
– Как только ты найдешь нужную деталь, я тут же попрошу эвакуировать их обратно.
– А если я ничего не найду?
Я пожал плечами:
– Они просто останутся здесь до тех пор, пока не найдешь.
Грэм понял, что я не шучу.
– Думаю, мне лучше приняться за работу.
Он достал свой ящик с инструментами и начал разбирать обломки. Через некоторое время он произнес:
– Это не так-то просто. Неудивительно, что они ничего не обнаружили.
Он снял левое переднее колесо и заглянул в темные внутренности ниши колеса.
– С этим все в порядке, – сказал он, – шаровая не повреждена.
Затем подошел к другому колесу и сделал то же самое. Через несколько минут он объявил:
– С этим тоже все в порядке.
– Что еще можно было сделать?
– Непростой вопрос. Мне не слишком приятно в этом признаваться, но, похоже, я был несправедлив к полиции. Может быть, они действительно все проверили.
В течение следующих полутора часов я сделал несколько звонков по работе с его внутреннего дворика, пока он продолжал изучать обломки.
В конце концов он встал. Его рабочие перчатки были покрыты смазкой.
– Ничего, – объявил он. – Ничего особенного. Мне пора ехать в «Чипстерс», – так назывался музыкальный магазин, в котором он работал.
– Еще чуть-чуть, – взмолился я, – полчасика.
– Дай мне мой сотовый телефон, я попробую договориться прийти на час позже, потом отработаю на рудниках.
Я помог ему открыть капот – он был так поврежден, что никакая электроника под ним не работала. Коробку предохранителя на обычном месте тоже было не найти.
– Черт возьми, какое разочарование, – сказал Грэм. Он открыл водительскую дверь и втиснулся на искореженное переднее сиденье.
– Спидометр остановился на отметке в сто километров в час, – заметил он, – с учетом того, что они были на автомагистрали, скорость они не превышали.