Кто-то отвел глаза, другие смотрели безучастно.
— Ну же. Аптон, вы сильный парень. Я вас развяжу.
— Они могут вернуться в любую секунду, — сказал Барлоу.
— Пойдем, Лэндри, — сказала Эли и протянула ко мне руки. — Перережь веревки.
— Нет. Твое отсутствие они сразу заметят. Пол, вы лучше всех знаете план этого дома. Придумайте, где его можно спрятать.
— Я не готов, — сказал управляющий.
— А ваш сын? Райан!
Райан ответил испуганным взглядом.
— Пойдете, Клайв? — спросил я.
— Это безумие, Джейк, — покачал головой Райланс.
— Ну же, — обратился я к остальным. — Кто-нибудь! Что мне, одному его тащить?
Молчание.
— Проклятье, — выругался я и подступил к Баку сам.
— Сам влип в это дело, — услышал я голос Бросса. — О чем ты думал — хотел слинять отсюда? Спасти свою задницу?
Я неохотно повернулся к нему:
— Я пытаюсь спасти все наши задницы, Кевин. Думаешь, если сидеть тихо, как паинька, то в этом спасение? Нет. Надо позвать на помощь.
— За это уже убили Данцигера и Грогана.
— Неправда. Рассел убил их, потому что каким-то образом обнаружил, что они его узнали. Они вычислили, кто он такой. И я скажу вам больше: Гроган был единственный, кто помнил номера наших банковских счетов. А значит, Рассел уже не получит своих денег. И угадайте, что сделает Рассел, не получив денег? А, Кевин?
Бросс с отвращением скривил рот.
— Зачем слушать этого придурка?
— Вы не правы, — тихо сказала Шерил. — Он волевой человек. В отличие от некоторых.
— Тогда хоть прикройте меня, — сказал я. — Когда они спросят, где Бак, вы знаете только, что он сказал, что не желает провести остаток дней в тюрьме. А если заметят, что меня тоже нет, скажите, что мне срочно понадобилось в туалет, не мог терпеть. — Я оглядел комнату. — Стоит кому-нибудь сказать что-то другое, и расплачиваться придется всем. — Я посмотрел в лицо Броссу. — Так что даже если я и придурок, не надо гадить.
— Никто не подгадит, — сказал Бодин. — Я прослежу.
— Спасибо. Так никто не поможет мне унести этого?
— Я, — раздался голос из дальнего угла. Один из официантов-мексиканцев, Пабло. — Я вам помогу.
Удивительно, насколько легче освобождать от пут не себя, а другого. Я разрезал веревку, а куски сунул в карман.
— В этой комнате ведь нет кладовки?
— В холле есть, — сказал Пабло. — Но подвал ближе.
— А как туда попасть?
— Я покажу.