– Ну конечно же, нас «пасут», – раздраженно сказала она. – Следят с тех пор, как…
– С каких пор?
Она замялась и проворчала:
– А я почем знаю.
– И на том спасибо. Так с каких же пор?
– Господи, Бен, да ты же…
– …специалист по этим делам. Я знаю. Ну, хорошо. Когда я прилетел в Рим, меня там уже стерег кто-то. И там, в Риме, за мной постоянно таскался «хвост». Оторвался я от слежки, по-моему, только в Тоскане.
– А в Цюрихе…
– Да. И в Цюрихе за нами снова стали следить, около банка и потом. Возможно, следили и в Мюнхене, хотя наверняка сказать нельзя. Но даю голову на отсечение, что вчера вечером нас еще не «пасли».
– Откуда ты знаешь?
– По правде говоря, на все сто процентов я не уверен. Но я был чертовски осторожен и порядком поплутал по всяким местам, прежде чем пришел к тому парню – спецу по документам, а если бы возникло хоть малейшее подозрение, наверняка обнаружил бы что-то. Я ведь специально натаскан распознавать подобные штучки-трючки. А такие навыки никогда не забывают, независимо от того, сколько времени приходится заниматься патентным правом.
– Так о чем ты говоришь?
– О том, что нас снова «пасут».
– Так ты думаешь, что это связано как-то со мной? Из аэропорта мы ехали вместе и довольно-таки запутанным путем. Ты еще сказал, что наверняка за нами нет слежки. Ну а я из гостиницы никуда не выходила.
– Ну-ка, дай мне посмотреть твою сумочку.
Она протянула мне сумочку, я вывалил ее содержимое прямо на постель. Она встревоженно смотрела, как я копался в дамских вещичках, затем внимательно осмотрел сумочку и прощупал все швы и прокладку. Осмотрел я также каблуки и подошвы нашей обуви, хоть и носили ее, можно сказать, не снимая. Нет. Ничего подозрительного не обнаружено.
– Кажется, я вроде твоей черной кошки, – сказала Молли.
– Да нет, скорее овечка с колокольчиком на шее, – встревоженно произнес я. – Ага, кажется, здесь.
– Что? Что такое?
Протянув руку, я осторожно поднял медальон на цепочке на ее шее и снял его. Слегка щелкнув по медальону, я открыл круглую позолоченную крышку – внутри лежала только камея из слоновой кости.
– Бен, ради Бога, скажи, что ты ищешь? Запрятанного «клопа» или еще что-нибудь?
– Да я, понимаешь, подумал, что лучше все осмотреть как следует, верно ведь? – объяснил я и протянул ей назад медальон, но тут вдруг мне пришла в голову новая мысль, и я опять принялся рассматривать украшение. Открыв медальон, первым делом я повнимательнее рассмотрел крышку.
– А что это тут написано на ее внутренней стороне? – спросил я.
Молли прищурила глаза, пытаясь разобрать надпись:
– Да ничего тут не написано. Надпись не внутри, а снаружи.
– Верно, – заметил я. – Так ее легче было заделать.
– Что легче заделать?
На кольце с ключами у меня висела маленькая ювелирная отвертка. Я схватил кольцо, лежащее на кровати, и подковырнул отверткой крошечный скос на ребре крышки. Позолоченная крышка диаметром примерно с четверть дюйма и толщиной в одну восьмую дюйма раскрылась. Внутри ее лежала крохотная спиралька из проволочки толщиной с человеческий волос.
– Нет, это не «клоп», – определил я. – Это микропередатчик. Миниатюрное приводное устройство радиусом действия шесть – семь миль. Испускает радиочастотные сигналы.
Молли лишь молча вытаращила глаза.