Никогда еще не казалась она мне такой прекрасной. На ней были коричневая твидовая юбка, белая шелковая блузка, нитка жемчуга, которую я купил в «Шреве», и золотой медальон с камеей, подаренный на счастье отцом.
Мы поцеловались и долго не могли оторваться друг от друга.
Она окинула меня внимательным взглядом, глаза ее помутнели от слез.
– Я… мы… так беспокоились за тебя. Боже мой, Бен.
Она взяла обе мои руки в свои.
– Как это вы оба… попали сюда? – умудрился я выдавить.
Тут я услышал скрип колес каталки – это Тоби подъехал поближе.
– Боюсь, мы примчались сюда немного поздновато, – сказала Молли, слегка сжав мне руки. От боли я чуть вздрогнул, и она моментально отпустила их. – Боже мой, прости, пожалуйста.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Тоби.
На нем был синий костюм и сверкающая лаком черная ортопедическая обувь. Седые волосы тщательно причесаны.
– Да, полагаю, со мной все в порядке. Вот увидите, когда меня перестанут пичкать всякими болеутоляющими лекарствами. Где это я нахожусь?
– В селении Греве в горах Кьянти.
– А доктор?..
– На Массимо можно полагаться целиком и полностью, – улыбнулся Тоби. – Он у нас пользуется особым доверием и при необходимости оказывает медицинскую помощь. Изредка мы используем его пансионат под конспиративное убежище.
Молли погладила меня по щекам, как бы желая удостовериться, что я и впрямь лежу здесь, перед ней. Теперь, когда я более внимательно вгляделся, я увидел, какой у нее измотанный вид, под покрасневшими глазами обозначились круги, которые она тщетно пыталась скрыть кремом и пудрой. Но несмотря на все, выглядела она прекрасно. Она нарочно надушилась моими любимыми духами. Я находил ее, как и всегда, просто неотразимой.
– Боже мой, как же я скучала без тебя, – промолвила Молли.
– Я тоже, детка.
– Ты никогда прежде не называл меня «деткой», – изумилась она.
– Никогда не поздно, – пробормотал я, – придумать новое обращение к любимой.
– Ты никогда не перестанешь удивлять меня, – вмешался в наш разговор Тоби. – Никак не пойму, как ты исхитрился проделать это?
– Что проделать?
– Как ты умудрился пробить такую дыру в стене каменного сарая. Если бы ты не пробил ее, то теперь был бы уже покойником. Эти крутые ребята всерьез настроились держать тебя в нем, пока не сожрут крысы или не отдашь концы с перепугу. Или придумают еще что-нибудь похуже. Ну и, конечно же, наши люди никогда не узнали бы, где искать тебя, если бы не этот взрыв.
– Я не понимаю, – сказал я, – как вы узнали, что я здесь?
– Мало-помалу поймешь, – заверил Джеймс. – Мы сумели засечь твой звонок из Сиены за восемь секунд.
– За восемь секунд? А я-то думал…
– Техника телесвязи у нас значительно усовершенствовалась с тех пор, как ты ушел из разведки. У тебя есть прекрасная возможность убедиться, что я говорю сущую правду, Бен. Если не возражаешь, я подвину это чертово кресло поближе.
Пока же мне вполне хватало и его устного заверения, так или иначе в голове у меня стоял полный сумбур и сосредоточиться я никак не мог.
– Как только мы засекли по линии, откуда ты говоришь, сразу же отправились сюда.
– И слава Богу, что засекли, – заметила Молли. Она по-прежнему держала меня за руки, будто боялась, что я исчезну, если она их выпустит.
– Я дал команду немедленно обеспечить Молли охрану, и мы вместе вылетели в Милан в сопровождении нескольких ребят из службы безопасности. Ну и подоспели, я бы сказал, как раз вовремя. – Он шлепнул ладонями по подлокотникам кресла-каталки. – Добраться сюда оказалось не так-то просто. В Италии немного дорог с такими препятствиями и крутыми поворотами, как эта. Ну ладно, так или иначе, теперь у меня под рукой всегда есть снадобье против болей. А помнишь, я говорил тебе, что если капнуть одну-единственную капельку воды у входа в муравейник…