– А у вас есть дети? – поинтересовалась Маргарет.
– Пока еще нет, – ответил я.
– Я считаю, что дети должны быть невидимыми и неслышимыми, – заявила Молли. – Хотя бы время от времени.
Маргарет чуть было не полезла в бутылку, но тут же поняла, что Молли просто дурачится.
– И это еще говорит детский врач! – с притворным возмущением проворчала она.
– Иметь детей – самая великая радость, – заявил Траслоу.
– А разве нет такого пособия под названием «Внуки – такая забава, что я хотела бы завести сначала их, а потом уж детей»? – в шутку сказала Маргарет и засмеялась вместе с мужем.
– В этом есть доля правды, – согласился Алекс.
– Но если вы вернетесь в Вашингтон, то от всего этого придется отказаться, – заметила Молли.
– Знаю. Но не думайте, что мне от этого станет легче.
– Да тебя еще никто не просил, Алекс, – напомнила Маргарет.
– Да, не просил, – согласился Траслоу. – А по правде говоря, занять место вашего отца – перспектива не из приятных.
Молли согласно кивнула.
– Ничто так не надоедает, как постоянное тыканье достойным примером, – вступил я в разговор.
– Ну а теперь, милые дамы, – объявил Алекс, – надеюсь, вы не будете возражать, если мы с Беном удалимся куда-нибудь и поговорим о делах.
– Нам от этого будет только лучше, – резко ответила его супруга. – Молли поможет мне уложить детей спать. Если уж она на работе может терпеть их вокруг себя, то и этих вытерпит.
– Несколько недель назад, – начал рассказывать Траслоу, – Центральное разведуправление задержало одного человека по подозрению в убийстве. Румына. Из их тайной полиции – секуритате.
Мы устроились в комнате с каменным полом, которую Траслоу, судя по всему, приспособил под домашний кабинет, за большим столом из ясеня. В комнате стояла старинная потертая мебель, единственное, что не сочеталось со стариной, – это новейший черный телефонный аппарат с шифратором-скремблером на рабочем столе.
– Его допрашивали. Он оказался жестоким убийцей.
– Мне неизвестно, что он там выложил, поэтому молчу и внимательно слушаю.
– После нескольких напряженных допросов он наконец-то раскололся. Да толку чуть – он мало что знал. Содержали его в строго изолированной камере. Он заявил, что располагает кое-какими сведениями. Чем-то, связанным с убийством Харрисона Синклера…
Тут Алекс стал запинаться.
– И?
– Он умер, не успев ничего толком рассказать.
– Наверное, приложил руку не в меру усердный следователь?
– Нет. Они сумели проникнуть в систему, добраться до него и укокошить. Руки у них длинные.
– Ну и кто это они?
– Лицо или группа лиц, – медленно и зловеще произнес Алекс, – внутри ЦРУ.
– А вам известны их имена?
– В том-то и дело, что нет. Они глубоко законспирированы. Безликие личности, Бен, эта группа внутри Лэнгли… про нее слухи давно ходят. Вы что-нибудь слышали о «Чародеях»?