– Я хотел бы попробовать немного вина «Гранд-Пью-Дукасс-Поллак».
Траслоу улыбнулся и, забрав карту вин назад, попросил:
– Ну а что написано на третьей странице вверху?
На секунду-другую я задумался, восстанавливая в памяти страницу.
– Вино «Стэг-Лип-Мерло, 1982».
Траслоу в подтверждение кивнул.
– Но я вовсе не стремлюсь выступать на сцене вроде цирковой собачки, – запротестовал я.
– Знаю. Извините меня. У вас очень редкий дар. Как же я вам завидую.
– Ну, этот дар помогал мне учиться в Гарварде, особенно там, где приходилось многое запоминать, к примеру изучать английский язык, историю, историю искусств…
– Ну и хорошо. Видите ли, Бен, ваша… Эйдетическая память даст вам огромные преимущества в разведывательной работе, когда потребуется запомнить, скажем, ряды кодов и тому подобное. Если, разумеется, вы дадите согласие. Между прочим, я полностью согласен с теми условиями, которые вы обсуждали с Биллом.
Условия эти я вымогал, но из вежливости не сказал об этом.
– Ну, Алекс, когда я с Биллом обсуждал эти условия, я и понятия не имел, что от меня требуется.
– Ничего, все нормально…
– Нет, позвольте мне закончить. Если я понимаю вас правильно – что речь идет о реабилитации доброго имени Хэла Синклера, – то я не имею никакого намерения становиться наемником.
Траслоу насупился, лицо его приняло сердитое выражение.
– Наемником? Ради Бога, Бен, я же знаю ваше незавидное финансовое положение. По крайней мере, наше соглашение предоставит мне возможность хоть чем-то помочь вам. А если хотите, я могу даже зачислить вас в штат с твердым окладом.
– Спасибо, нет необходимости.
– Ну и ладно, я рад, что вы будете с нами.
Мы обменялись рукопожатием, будто завершили сделку.
– Послушайте, Бен, моя супруга Маргарет и я собираемся сегодня вечером поехать к себе домой в Нью-Хэмпшир. Начинается весенне-летний сезон. Мы будем рады, если вы с Молли поужинаете там с нами – никаких деликатесов не будет, приготовим только жареное мясо на решетке, ну и все такое прочее. Увидите моих внучат.
– Приглашение заманчивое, – сказал я.
– А завтра сможете приехать?
Завтра у меня будет напряженный день, но я смогу выкроить время, поэтому сразу согласился:
– Да, конечно. Завтра же и приедем.
Весь оставшийся день я никак не мог сосредоточиться. Неужели отец Молли всерьез оказался замешанным в какие-то тайные сделки с бывшим шефом КГБ? Мог ли он на самом деле прикарманить деньги – «огромное богатство», как сказал Траслоу? Смысла в этом не находилось.
А как же объяснение причины его убийства… в нем есть какой-то смысл, разве не так?
Обрывки напряженных мыслей крутились в моей голове, и не было никакой возможности связать концы с концами.
Зазвонил телефон. Дарлен сообщила, что на проводе Молли.
– Во сколько мы встречаемся с Айком и Линдой? – спросила она откуда-то из шумного коридора своей больницы.
– В восемь, но я отменю встречу, если ты хочешь. В связи с обстоятельствами.