— Как тебя зовут?
Мальчик опять не шевельнулся, но ответил сразу:
— Кота…
Или Хота? У тауринов такой же язык, как у иттов, но говорят они мягче, с придыханием. Ладно, пусть Хота…
— Хота, ты проводник караванов?
Он медленно поднял лицо. Ну, в самом деле, так похож на Зайцева… Он сказал сипловато:
— Не проводник я… Просто ходил в песках, смотрел, где силки поставить на кротов. Мяса в крепости нет…
— Неправда, ты проводник и разведчик, — тихо сказал Фа-Дейк. — Ты ставил знаки для каравана. И ты знаешь, где подземный ход…
Хота опять опустил голову. Грязными худыми пальцами тер кисти со следами от ремня. Зябко шевелил плечами.
«Тебя будут мучить», — хотел сказать Фа-Дейк, но не посмел. К тому же мальчишка это знал сам. Он вдруг проговорил еле слышно:
— Я знаю только один ход. А будут выпытывать про многие…
— Не будут. Всем известно, что каждый разведчик знает лишь один ход, свой… Если покажешь, тебя не будут… я попрошу, чтобы тебя отпустили.
Хота посмотрел прямо в лицо Фа-Дейку мокрыми блестящими глазами:
— Вы же понимаете, сет, что я не могу сказать…
— Ты меня знаешь?
— Да… Я видел вас со стены. Вы ехали на конях вместе с вашим королем… — Он со всхлипом переглотнул и сказал почти! умоляюще: — Вы же понимаете, что я не могу сказать, где ход…
Фа-Дейк это понимал. Но понимал и другое: заставят.
Кажется, он не просто подумал, а сказал это. Хота помотал головой, как Вовка Зайцев, когда у него требовали назвать обидчиков. Ощетинился и отчаянно проговорил:
— Я умру, а не выдам. Все равно…
Фа-Дейк вспомнил сотника Уна-Тура и его ухмыляющихся волков. «Не дадут умереть, пока не выдашь», — подумал он. И маленький проводник уловил эту мысль. И съежился, стиснув себя за исцарапанные локти.
Фа-Дейк сам не знал, как не удержался, спросил шепотом:
— Боишься?
Хота сжался еще сильнее и ответил не как врагу и не как сету, а просто как мальчишке:
— А ты бы не боялся?
«Я и сейчас боюсь, — подумал Фа-Дейк. — А чего?»
Пленный проводник опять судорожно глотнул и сказал глухо:
— Мне за маму страшно. Я не выдержу, а она будет мать предателя… Ее будут гонять босиком по острым камням и уморят голодом…
— Разве так бывает? — испуганно спросил Фа-Дейк.
— А как же еще бывает? Только так…
Фа-Дейк сел на камень в трех шагах от пленника.