Читать книгу «Цикл "Тёмная башня". Компиляция. Книги 1-8» онлайн.

Каллагэн забыл про разбитую лодыжку и ободранные ладони. Обежал маленькую толпу, которую собрал проповедник (так уж вышло, что и проповедник замолчал на полуслове), и увидел Джейка, стоящего на Второй авеню, перед желтым такси, остановившимся буквально в дюйме от его ног. Из-под задних колес все еще поднимался синий дымок. А на асфальте остались черные следы. Рот водителя напоминал большую букву "О", лицо от ужаса стало белым, как мел. Ыш припал к асфальту между ног Джейка. Каллагэн видел, что ушастик-путаник для этого мира — существо инородное, но определенно цел и невредим.

Удар повторился, потом еще и еще. Это Джейк барабанил кулаком по капоту автомобиля.

— Говнюк! — кричал Джейк на таксиста, который так и сидел с открытым ртом. Ба-бах! — Почему не… — ба-бах! — …смотришь… — БА-БАХ! — куда ты, твою мать, ЕДЕШЬ! — БАХ-БА-БАХ!

— Выдай ему на полную катушку, малыш! — крикнул кто-то с другой стороны улицы, где собрались десятка три человек, чтобы насладиться бесплатным представлением. Дверь такси открылась. Из кабины вылез высоченный мужчина в джинсах, куртке и огромных кроссовках. С феской на голове, которая зрительно еще больше увеличивала немалый рост таксиста. Каллагэн предположил, что и без фески в нем никак не меньше шести с половиной футов. И теперь этот великан, с лицом, заросшим бородой, мрачно смотрел на Джейка. Сердце у Каллагэна упало, но он поспешил к зоне намечающихся боевых действий, не осознавая, что одна его нога — босая, и при каждом шаге шлепает по мостовой. В том же направлении двинулся и проповедник. А в затылок такси, остановившемуся на средней полосе, пристроился другой водитель, который думал только о том, как реализовать собственные планы на вечер. Поэтому задержка злила его, вот он обеими руками и надавил на клаксон, а потом, когда автомобильный гудок стих, высунулся из окна и заорал: «Шевелись, Абдул! Ты перегородил дорогу!»

Джейк не обратил ни малейшего внимания ни на гудок, ни на крик. Он просто обезумел от ярости. На этот раз он обрушил на капот оба кулака, как Ретсо Риццо в «Полуночном ковбое» — БА-БАХ!

— Ты чуть не задавил моего друга, говнюк. Ты хоть когда-нибудь СМОТРИШЬ… — БА-БАХ, — куда ты ЕДЕШЬ?

Прежде чем Джейк успел вновь вдарить обоими кулаками по капоту, водитель схватил его за правую руку.

— Перестань это делать, маленький панк! — воскликнул он переполненным злостью и на удивление пронзительным голосом. — Говорю тебе…

Джейк отступил на шаг, вырывая руку из пальцев таксиста. А потом, на удивление быстро, глаз Каллагэна не смог уловить это движение, выхватил «ругер» из самодельной кобуры, что висела подмышкой, и нацелил на переносицу таксиста.

— Что ты мне говоришь? — Джейк рычал от ярости. — Что ты мне говоришь? Что ты ехал слишком быстро и едва не раздавил моего друга? Что ты не хочешь умереть прямо на улице с дыркой в голове? Так ЧТО ты мне говоришь?

Женщина на другой стороне Второй авеню то ли увидела пистолет в руке Джейка, то ли почувствовала его убийственную ярость. Вскрикнула и поспешила уйти. Еще несколько человек последовали ее примеру. Остальные же придвинулись к самой мостовой, должно быть, унюхав кровь. И, что самое невероятное, какой-то молодой человек, в бейсболке, повернутой козырьком на затылок, крикнул: «Давай, пацан! Провентилируй мозги этому погонщику верблюдов!» Таксист отступил на два шага, его глаза широко раскрылись. Он поднял руки.

— Не убивай меня, мальчик! Пожалуйста!

— Тогда говори, что ты извиняешься! — продолжал бушевать Джейк. — Если хочешь жить, проси прощения у меня! И у него! И у него! — лицо Джейка было смертельно бледным, лишь на скулах горели яркие кружочки румянца. Его ставшие огромными глаза сверкали. А что Дон Каллагэн видел особенно четко, и ему сие совершенно не нравилось, так это чуть подрагивающий ствол «ругера». — Говори, что извиняешься за то, как водишь свой драндулет, ты, безответственный сукин сын! Говори немедленно! Немедленно!

Тут Ыш заскулил и сказал: «Эйк!»

Джейк посмотрел на него. В этот самый момент таксист попытался вырвать из его руки пистолет. Каллагэн встретил его вполне приличным правым кроссом, и таксиста отбросило на крыло автомобиля, а его феска свалилась на асфальт. Водитель, который пристроился в затылок такси, вполне мог бы объехать его с любой стороны, но предпочитал давить на клаксон и орать: «Освободи дорогу, Абдул! Освободи дорогу!» Некоторые из зевак на другой стороне Второй авеню зааплодировали, словно зрители боксерского поединка в «Мэдисон-сквер-гарден» и Каллагэн подумал: «Да это же не город, а сумасшедший дом. Я знал об этом раньше и забыл или мне только что открылась истина?»

Уличный проповедник с седыми бородой и длинными, до плеч волосами, уже стоял рядом с Джейком, и когда Джейк вновь начал поднимал «ругер», мягко, неспешно, положил руку на запястье мальчика.

— Убери его, малыш. Сунь в кобуру, во славу Иисуса.

Джейк посмотрел на него и увидел то, что совсем недавно увидела Сюзанна: выглядел проповедник точь-в-точь, как Хенчек из Мэнни. Джейк убрал пистолет в самодельную кобуру, наклонился, поднял Ыша. Ушастик-путаник тихонько скулил и, потянувшись мордочкой на длинной шее к лицу Джейка, начал лизать щеку мальчика.

Каллагэн, тем временем, уже взял таксиста под руку и вел к открытой дверце. Другую руку сунул в карман, достал десятку, половину всех денег, с которыми они отправились в это маленькое сафари.

— Все в порядке, — убеждал он водителя, надеясь, что голос звучит успокаивающе. — Никто никому не причинил вреда, никто ни на кого не злится, вы едете своей дорогой, он идет своей… — и тут же заорал на другого водителя, который все жал и жал на клаксон. — Работает у тебя гудок, козел, работает, почему бы тебе не оставить его в покое и не проверить поворотники?

— Этот маленький засранец наставил на меня пистолет, — таксист поднял руку, чтобы проверить, на месте ли феска, и не нашел ее.

— Это всего лишь модель, — продолжал успокаивать его Каллагэн. — Такие склеивают из отдельных деталей, которые продаются в наборе. Не стреляет даже пистонами. Уверяю вас…

— Эй, приятель! — крикнул проповедник и, когда таксист обернулся, протянул ему вылинявшую красную феску. Как только она вернулась на законное место, таксист сразу стал более вменяемым. А десятка, протянутая Каллагэном, окончательно вразумила его.

Следом за такси застыла громадина «линкольна». И водитель, сидевший за рулем, вновь нажал на клаксон.

— С тем же успехом ты можешь укусить меня за зад! — крикнул ему таксист, и Каллагэн тут же рассмеялся. Двинулся к «линкольну». Когда таксист хотел составить ему компанию, Каллагэн остановил его, положив руки на плечи.

— Позвольте мне решить эту проблему. Я — слуга церкви. И превращать льва в барашка — моя работа.

Подошедший к ним уличный проповедник успел услышать эти слова. Джейк тем временем отошел к микроавтобусу уличного проповедника и проверял лапки Ыша, чтобы убедиться, что ни одна не сломана.

— Брат! — обратился уличный проповедник к Каллагэну. — Могу я узнать твое вероисповедание? Твой взгляд, я говорю, аллилуйя, на Бога.

— Я — католик, — ответил Каллагэн. — А потому Бог для меня — мужчина.

Уличный проповедник протянул большую, узловатую руку. Которая, как и ожидал Каллагэн, сдавила его пальцы, как тисками, спасибо, что не раздробила. Построение фраз, а также легкий южный выговор проповедника напомнили Каллагэну Фогхорна Легхорна из мультфильмов киностудии «Уорнер бразерс»[100].