Шёпот боязливо прижался к боку Грозы.
– Может быть, она была ещё жива? – осторожно предположил он.
– Что если так оно и было? – нахмурил лоб Бруно. – Может, наша оленуха встала и сбежала, пока мы прятались в кустах?
– Нет, – твёрдо сказал Счастливчик. – Дичь может быть очень умной, но не настолько. Оленуха не могла так долго лежать совершенно неподвижно, притворяясь мёртвой!
– Значит, её кто-то унёс, – мрачно процедила Кусака.
– Как вы думаете, это могли сделать Громкие Птицы? – нерешительно предположила Гроза. Эта мысль смертельно пугала её, но она не могла придумать ничего другого. – Что если они незаметно приземлились и утащили нашу добычу?
– Им и приземляться не обязательно, они могли подцепить её своими когтями, – задумчиво протянул Дротик.
– Вполне вероятно, – кивнул Счастливчик, не сводя глаз с пустого места, где ещё совсем недавно лежала их чудесная добыча. Гроза шкурой чувствовала его сокрушительное разочарование.
– Нет, – тихо протявкал Шёпот. – Оленуха просто встала и ушла, как Золотая Оленуха в легенде, которую рассказывала нам Альфа!
– Может быть и так, – проворчал Бруно, а Ветерок энергично кивнула.
– Нет! – с неожиданной злостью рявкнула Гроза, и все собаки удивлённо повернулись к ней. – Это глупости! Это была никакая не Золотая Оленуха, а самая обычная, из шкуры и костей! Что бы здесь ни произошло, этому есть какая-то обычная причина, легенды здесь ни при чём. – Она посмотрела на притихших собаки и в отчаянии взмахнула хвостом. – Но это не имеет никакого значения! Главное, что мы теперь вернёмся в лагерь с пустыми пастями.
Клыки голода немилосердно грызли желудок Грозы. Она лежала на своей подстилке и грустно смотрела на стены логова. Как можно уснуть, когда так ужасно хочется есть? Неужели вся стая сейчас так мучается? Сегодня все легли спать с пустыми животами: вечерняя трапеза стаи состояла из двух полёвок, нескольких мышей и одной тощей белки.
Словно в ответ на свой невысказанный вопрос Гроза услышала оглушительный шум, поднявшийся за стенами её логова. Она насторожила уши, потом встала. Так и есть, со стороны поляны неслось свирепое рычание и громкий, обвиняющий лай.
«Великие Небесные Псы, помогите нам! – с раздражением подумала Гроза. – Что ещё стряслось? Когда же они перестанут ссориться?»
Она выбралась из своего логова и побежала к стайке ощетинившихся собак, ругавшихся на середине поляны. Однако то, что Гроза приняла за общую ссору, при ближайшем рассмотрении оказалось односторонней стычкой. Подойдя ближе, она увидела, что Ветерок, Бруно и Стрела обступили Дротика и рычат, вздыбив загривки. Свирепый пёс настороженно поворачивался вокруг себя, обводя глазами своих противников. Гроза отметила, что страшные челюсти Дротика были плотно сжаты, а глаза смотрят настороженно, но без тени ярости.
Постепенно на поляне начали собираться и другие собаки, потревоженные поднятым шумом. Альфа тяжело выбралась из своего логова. Её тёмные глаза выглядели измученными, а живот стал ещё больше и круглее, чем раньше; казалось, что растянувшиеся бока собаки-бегуньи с трудом удерживают в себе подросших щенков. Счастливчик торопливо подбежал к своей подруге и поискал глазами Хромого, который уже ковылял к ним из толпы.
– Когда это закончится? Нужно немедленно положить этому конец, Хромой! – Бета взволнованно потёрся носом о плечо Лапочки. – Я полагаю, мы освободим Альфу от этих разбирательств. Такими пустяками вполне могут заняться Бета и Третий вожак.
Судя по виду Альфы, у неё не было сил возражать. Заглянув ей в глаза, Гроза увидела там лишь смертельную усталость от бесконечных склок, сотрясавших стаю. Не говоря ни слова, Альфа повернулась и побрела обратно в логово.
Сердце Грозы сжалось от сострадания к бедной Лапочке, однако сейчас её гораздо больше заботило то, смогут ли Хромой и Счастливчик успокоить распалившихся собак. Бросившись вперёд, она загородила собой Дротика и грозно посмотрела на рвущуюся к нему Ветерок.
«Надеюсь, Ветерок понимает, что сейчас я защищаю не Дротика, а её? – подумала Гроза, угрожающе раздвинув челюсти. – Она совсем потеряла голову, если решила, что может вступить в схватку со свирепым псом!»
Хромой и Счастливчик уже прокладывали себе дорогу через толпу. Несколько раз Счастливчику пришлось грубо отпихнуть со своего пути чрезмерно возбуждённых собак, а то и щёлкнуть зубами перед оскаленными мордами. Выбравшись в центр поляны, он грозно уставился на возмутителей спокойствия.
– Когда вы успокоитесь? Стая только что поужинала, все ложатся спать, а вы снова затеваете ссоры? Вы очень меня разочаровали! – Тёмные глаза Счастливчика вспыхнули. – Вы не забыли, что завтра утром нас всех ждёт тяжёлый день? После сегодняшней неудачи нам придётся охотиться гораздо усерднее!
– Но, Бета! – затявкала Стрела. – Это всё Дротик! Он ведёт себя подозрительно! Он что-то замышляет!
– Тихо! – Счастливчик рявкнул так грозно, что опешившая Стрела с клацаньем захлопнула пасть. – Вы не забыли, что Дротик – член нашей стаи? Вам напомнить, что во время Собачьей Грозы именно он спас нас от западни, приготовленной Сталью? Я требую, чтобы вы время от времени вспоминали об этом и относились к нему с уважением!
Стрела опустила глаза и поджала хвост, но вся её поза выдавала злобное ожесточение. Гроза неожиданно для себя почувствовала сочувствие к ней. «Дело ведь не только в Дротике – по крайней мере, в этот раз. У нас у всех силы уже на пределе. Громкие Птицы, Длиннолапые, таинственная кража дичи, а теперь ещё постоянная угроза нападения лис… Слишком много испытаний для всех».
– Стая, всем собраться на поляне! – Счастливчик высоко поднял голову, его глаза смотрели холодно и решительно.
– Я сейчас приведу Альфу, – вызвалась Гроза, но Счастливчик остановил её резким коротким тявканьем.
– Не надо. Альфе нужен отдых. Я обо всём доложу ей позже. – Счастливчик неторопливо прошёл вдоль выстроившихся в круг членов стаи, по очереди заглядывая в глаза каждой собаке. Многие под его взглядом пристыженно опускали головы. – Мне кажется, я нашёл способ успокоить стаю и снять накопившееся раздражение.
Теперь собаки смотрели на Бету с интересом и ожиданием. Микки и Стрела нервно переглянулись; Дейзи легла, склонив голову набок, в её тёмных глазах засветилась надежда. «Кажется, я не единственная, кто мечтает о воцарении мира в стае!» – обрадовано поняла Гроза.
– Говори, Бета, – одобрительно кивнул Хромой. – Думаю, вся стая хочет услышать твой план.