— Хочешь, я провожу тебя?
— Нет, не стоит, ещё не поздно, я доеду на такси.
Он проводил её до выхода из подъезда:
— Вот тебе моя визитка. Здесь есть и мобильный. Звони, если что, не раздумывая… Хоть днем, хоть ночью.
Надя взяла карточку, чмокнула его в щеку. Ей показалось, что Олег немного смутился.
— Береги себя, — сказал он.
— Спасибо, Олег.
Она вышла из дома. На сердце у неё было тяжело, очень тяжело.
12
Олег поднялся к себе. В передней пахло Надиными духами «Ночной полет». Он когда-то, ещё в начале перестройки, подарил ей такие духи. Надя снова вошла в его жизнь. Она была так же красива, как когда-то. Нет, пожалуй, ещё красивее, чем прежде. Но ему показалось, что она слишком нервничала. Сейчас ему не хотелось об этом думать. Однако он позвонил одному очень полезному человеку.
— Ваня? Это Олег, привет. Я тебя не побеспокоил?.. Ты не знаешь, что там с делом об убийстве в Урабанке?.. Да, да, убили парня на Красной площади… Молодая женщина, Федорова Надежда Александровна, свидетель по делу об убийстве… Ее вызвали завтра в милицию… Ну конечно, это рутинное мероприятие… Однако проверь, что все-таки там такое?.. Десять минут? Ладно, я жду. До скорого!
Олег повесил трубку. Иван — старый его приятель, с которым он общался и вне стен того серьезного и даже страшного учреждения, где когда-то работал. Олег часто с ним общался, не жалея того, что выдавали ему в достаточном количестве владельцы «Prol and Sons», то есть долларов. В том, что он в начале рабочей деятельности был сотрудником Министерства внутренних дел, было, конечно, много положительного и полезного для его нынешней службы. Порывшись среди своих компакт-дисков, Олег поставил сонату Брамса и подошел к шахматной доске. Взяв тетрадку с шахматными задачами, он начал разыгрывать одну из последних, октября 2000 года, партий Крамника-Каспарова в Лондоне. Испанская партия, берлинская защита. Олег шаг за шагом продумывал комбинации, пытаясь понять, как Крамник создал стену защиты против Каспарова и совершенно его парализовал.
Вскоре, однако, позвонил телефон. Это был Иван:
— Слушай, Олег. Это непростое, очень непростое дело. Все вокруг темно.
— И…
— Невозможно узнать, ни где его концы, ни где начало. Все под замком. Будут допрашивать всех, кто к этому делу причастен.
— Ну ты не мог бы узнать что-нибудь более конкретное…
— Я уже сказал, что это горячо, очень горячо… Прошу прощения.
— Подожди, Ваня. Последний вопрос, очень важный. Кто скрывает факты? Под кого трудно сейчас подкопаться?
— Я не знаю, Олег. Я, честное слово, не знаю.
— Ну ладно, спасибо. Это уже что-то. Если будет что-нибудь новенькое, позвони.
— Ладно, до скорого.
Выходит, Надя вляпалась в какую-то серьезную историю с политическим привкусом. Она, конечно, не все ему сказала. Кто находится в центре этой истории? Банк?
Ему точно нужно было это знать. Включив компьютер, он вошел в сеть своего бюро и обратился к базе данных «Prol and Sons», где была собрана информация о шестистах тысячах банках и банковских учреждениях, а также связанных с ними компаниях. Набрав «Урабанк», он дождался, пока раскроется папка с документами. Однако она была пуста. Ему никогда прежде не приходилось заглядывать в эту папку, но он знал, что это досье существует. Сейчас оно было пусто.
Бросив взгляд на часы — 21 в Москве, значит, 18 в Лондоне, он понял, что может ещё организовать проверку. Поколебавшись, перед тем как обратиться к патрону европейского бюро его компании, он все-таки решился набрать его номер. Поскольку ситуация была исключительная, папка с важными документами отсутствовала.
— Алло, сэр Филипп? How are you? Простите, что я вас беспокою, но у меня безвыходная ситуация. Один клиент попросил меня собрать для него сведения об Урабанке, но я ничего не нашел. И это не потому, что подвела техника. Здесь что-то другое. Не может быть, чтобы у «Prol and Sons» не было информации о третьем по значению банке России. Вы можете прояснить?
— А кто этот клиент, который к вам обращался по этому поводу?
Олег ждал этого вопроса:
— Один из членов Саломон-банка в Нью-Йорке. Они бы хотели принять долевое участие в делах Урабанка. Для нас это мог бы быть неплохой контракт.
— Понимаю, Олег. — Голос сэра Филиппа показался Олегу немного скрипучим. — Вы знаете, я должен был бы вам это сообщить, простите, что я до сих пор ещё этого не сделал. Дело в том, что Урабанк — один из клиентов «Prol and Sons». Но с этой стороны Ла-Манша. Мы готовим для Урабанка справки об инвесторах в Польше и Венгрии.