- Рад продолжить службу с представителем столь славной фамилии.
- Ничуть не менее рад, господин штаб-капитан.
Надо сказать, фамилия Чарторыйских была известна своими частными войнами с Руоссией с тех самых пор, когда нынешняя империя сама именовалась великим княжеством. А уже после присоединения части Полонии к империи, когда почти все владения князей Чарторыйских оказались на присоединенной территории, немало вождей повстанческих отрядов носило эту аристократическую фамилию. "Ну и черт с ним". Алекс направился к следующему командиру второй роты.
Из четырех ротных командиров в строю были все четыре и только один из них, командир третьей роты штаб-капитан Николасов не носил фамилии, заканчивающейся на -ский. Из восьми субалтерн-офицеров в строю нашлось только семь. И опять же только один из них происходил из центральной губернии империи, а не с ее западной окраины. Но куда более штаб-капитана Магу заинтересовала причина отсутствия одного из субалтернов
- А почему капитан Дзейковский не почтил нас своим присутствием?
За своего субалтерна вступился Чарторыйский, снисходительно объяснивший.
- Капитан Дзейковский находится в служебной командировке. За рекрутами поехал.
- Уж, не в Великое ли княжество полонское?
Вопрос был задан наугад, но в данном случае попал в точку, что и подтвердил непосредственный начальник командированного офицера князь Чарторыйский.
- Так точно, господин штаб-капитан. Именно туда он и отправился.
Еще сто двадцать полонских призывников пополнит батальон в самое ближайшее время. С учетом того, что по их прибытию сто двадцать подлежащих увольнению солдат отправятся по домам, национальный состав нижних чинов существенно изменится. Еще не совсем ясно, хорошо это или плохо, а пока следовало довести положенную церемонию до конца.
- Опрос претензий закончен! Всем встать в строй!
В завершение - прохождение батальона перед его временным комбатом.
- Церемониальным маршем! Первая рота прямо, остальные, на пра-во! Шагом марш!
Батальон - не полк, хоть и самостоятельная часть, потому, собственный оркестр ему не полагался. Ровные прямоугольники ротных "коробочек" четко отбили строевой шаг по батальонному плацу под задававший темп единственный барабан. Ни один солдатик с шага не сбился, даже придраться не к чему. Разведя личный состав по запланированным на сегодня занятиям и работам, штаб-капитан отправился дальше изучать временно вверенное ему хозяйство, а оно оказалось весьма обширным. Казармы, конюшни, всевозможные вспомогательные службы, ну и конечно, гордость батальона - собственное стрельбище.
До батальонной канцелярии Алекс добрался только после полудня. Там его встретил молодой еще человек довольно приятной наружности в мундире с погонами капитана. Слегка склонив рано начавшую лысеть голову, представился.
- Адъютант батальона капитан Сташчак, господин штаб-капитан!
"Еще один полонец, - недовольно поморщился офицер, - определенно, с этим надо что-то делать, а то просто засилье какое-то полонцев в одной воинской части". Вслух произносить это он не стал. Вместо этого Алекс потребовал суточную рапортичку по личному составу. Нужная бумага тут же легла на командирский стол.
"Так-с, посмотрим, что тут у нас". Бегло пробежав глазами данные по всем четырем ротам, штаб-капитан отыскал итоговые цифры. По списку - 648, в строю - 580, в наряде - 14, в карауле - 8, в госпиталях - 11, на работах - 32, в командировке - 3. "В командировке, надо полагать, находится капитан Дзейковский с парой унтеров. А вот почему на каких-то работах занят почти целый взвод - это вопрос". Оторвав взгляд от бумаги, он пристально уставился на делопроизводителя.
- Когда должен вернуться капитан Дзейковский?
- Ожидаем через пять дней, - проявил похвальную осведомленность батальонный адъютант.
Этот ответ Алекса вполне устраивал, еще оставалось время разобраться в ситуации и принять должные меры. Следом штаб-капитан решительно потребовал.
- Все приказы по батальону и финансовые документы за последние три месяца ко мне на стол.
- Будет исполнено, господин штаб-капитан, - почтительно изогнулся Сташчак.
- И вот еще что, доведите до командиров рот: чтобы завтра же все "работники" были в строю. Проверю лично!
Весь оставшийся день до самого вечера штаб-капитан Магу разбирал содержимое нескольких канцелярских папок, принесенных делопроизводителем. Добычей его стали несколько мелких нарушений, увы, не тянувших даже на порицание. Надежда сходу объявить кому-нибудь из офицеров выговор растаяла, как утренний туман. Либо в батальоне и впрямь все было в порядке, либо все концы были хорошо упрятаны, и по одним только бумагам их было не отследить.
В шесть часов вечера Алекс присутствовал на разводе внутреннего наряда и караула. Рутинная повседневная церемония прошла, без каких либо эксцессов. Заступавший дежурным по батальону лейтенант Строньский привычно проверил состояние оружия и амуниции рядовых и унтер-офицеров, не отыскав недочетов, разрешил заступление. Комбат не вмешивался, не было повода. Служба в батальоне и впрямь была хорошо налажена, даже жалко будет ломать.
После развода Алекса перехватил штаб-капитан Николасов.
- Господин штаб-капитан, офицеры батальона приглашают вас к столу, отметить, так сказать, вступление в должность...
- Благодарю за приглашение, - чуть склонил голову Алекс, - но вынужден отказаться, дела.