— Я люблю тебя.
В его глазах мелькнуло отражение моего ужаса. Коля чуть вздернул брови, едва заметно, как-то робко улыбнулся и сказал самое ужасное, что только мог, что я боялась услышать.
— Я тебя тоже.
Глава 18
Тоже?
Он поцеловал меня. Сладко и глубоко. У меня не было сил думать о том, что только что произошло. Когда поцелуй закончился, я уткнулась Коле в грудь и задремала. Он тоже уснул. Как оказалось.
Мы продрыхли до вечера, и Скобелев буквально бегал по квартире, собирая разбросанные вещи, ругаясь под нос, что все пропало. Я нервно посмеивалась, наблюдая за его метаниями, не в силах прекратить улыбаться. Он умчался, еще раз поцеловав меня, обещая позвонить, пытаясь снова начать извиняться.
— Иди, ты искупил свою вину сполна, — отпустила я ему грехи.
— Ну окей, — быстро уговорился он. — Хочу остаться, но чемодан, одежда, завтра уже рано утром…
— Я знаю, знаю, Коль. Завтра на работу. Иди. Созвонимся.
— Ты прелесть.
Он обулся, еще раз притянул меня к себе, потянул носом воздух, уткнувшись мне в шею, отстранился и ушел. Я не сдержалась и провела рукой по двери, стараясь не думать о словах, что сорвались с губ.
Мне тоже нужно было на работу, и она как никогда помогла мне не думать.
— Дааа, круто вы с Ником отдохнули, — не преминула обсудить за обедом наше фиаско Аля.
— Тебе уже Ванька доложил?
— Ага, в чате написал. Такая ржака, Анька. Блевать на пару в отпуске. Чертовски романтично.
— Заткнись, — буркнула я, бросив в нее зубочисткой.
— Ты окунулась в море вообще?
— Было дело. А Коля вроде бы — нет. Сначала со мной возился, потом сам слег.
— А секс? Хоть разок то удалось оторваться?
— Дома уже…
Я мечтательно улыбнулась, вспоминая невероятны ощущения, которые испытала по приезду благодаря моему секси доктору, но воспоминания омрачило мое нелепое признание. Надо же было брякнуть такое.
— Чего закисла?
— Начудила я, Аль… такое во время секса сказала. Вернее, после.
— Другое имя? Забей. Сделай вид, что он не расслышал.
— Сдурела? Какое другое имя? У меня больше нет никого.
— Мало ли, — Аля развела руками. — Я иногда с заказчиками вес день говорю, а потом Ваню зову Геннадием.
Я хохотнула.
— Ну даешь.
— Дааа, очень неудобно. Разок пыталась объяснить, но ему легче втолковать, что он сам дурак, чем правду.
— Шикарно.