— Разве такое отношение к мужчине не включает в себя его порядочность, а следственно невозможность предательства или измены?
Я зависла на минуту, переваривая ее слова.
— Да, я сама себе противоречу, знаю. Но меня не отпускают эти гнусные подозрения. Черт знает, как с этим бороться.
— Звучит так, словно тебе надо подтянуть болты в голове с помощью специалиста. После всех твоих приятелей-презервативов это, наверно, стандартная побочка, — снова выдала мудрость Аля, но уже на простом и доступном языке. — Тебе нужно научиться доверять, Ань.
— А как?
Я смотрела на Алю, надеясь, что она сейчас выдаст мне какую-то формулу, по которой я смогу действовать, чтобы избавиться от наваждения. Или таблетку, от которой у меня все пройдет. Но она лишь руками развела:
— Просто верить и все, Ань. Что еще остается? Отношения такая шляпа замудренная, тут можно опять попасть, а можно взять и отхватить себе кусман счастья. Ник вроде нормальный.
— Вроде бы он даже классный, — аккуратно призналась я.
— Вы оба слишком много работаете. Наверно, только трахаться и успеваете.
— Иногда и этого не успеваем, но мне с ним хорошо, Аль. И от этого еще паршивее, когда его подозреваю. Буквально заставляю себя не психовать.
— Правильно. Истерить на врача — это бесполезно. Я по началу Джонни пилила, но он словно выключается и отдыхает, игнорируя меня. Пипец, как это бесит. В итоге я прекратила его пилить. Все равно бессмысленно. У них там тонна дерьма регулярно на работе. Дома хотят отвлечься и не думать. Секс, кстати, реально классная замена разборкам. Знаешь, не даю обычно советов по таким делам, но для тебя прям исключение делаю. Каждый раз, когда ты психуешь, просто трахни его. Все сразу поймешь, я уверена.
Это был отличный совет. Теперь каждый раз, когда меня раздирало изнутри от ревности, я обязательно набирала Колю. Или писала. Мы не всегда, конечно, могли забить на работу и сорваться домой для секса, но даже его ответы в мессенджере или голос по телефону успокаивали меня.
Он, конечно, заметил это и очень скоро спросил:
— Ты переживаешь о чем-то?
Мы валялись на кровати, ели пиццу, которую он прихватил по дороге с работы.
— С чего ты взял?
— Не знаю. Просто чувствую. Ты иногда звонишь, и голос дрожит. Не говоришь ничего толком. На работе проблемы?
Мой проницательный секси доктор.
— Нет, на работе нормально. Жопа, конечно, как всегда со сроками, но ничего из ряда вон. Просто… — я замолчала.
— Просто что, Ань?
Коля забрал у меня из рук корочку, которую я крошила в коробку, приподнял мою голову, взял меня за подбородок.
— Что с тобой, м?
— Я не знаю, как сказать… Это глупо.
— Скажи. Я и так знаю, что ты тот еще чудик.
Я тихонько засмеялась, потеревшись щекой о его ладонь.
— Иногда мне страшно, что все закончится. Это совершенно нелогично и неконтролируемо, но я просто боюсь.
— Почему это должно закончиться?
Коля склонил голову, внимательно глядя на меня. Он не смеялся, был серьёзным, очень внимательным к моим иррациональным фобиям.
— Потому что у меня всегда все заканчивалось. И всегда это была катастрофа.
— Я очень постараюсь избавить тебя от катаклизмов, — проговорил Скобелев. — Ты мне поможешь?