– Небесные Псы присматривали за Молнией, они любили и защищали его. Но Собака-Земля позавидовала его славе. Она решила, что он живёт слишком долго и ему пора умереть, чтобы она могла забрать себе его быстроту и жизненную силу.
По спине маленького Лая пробежала дрожь. Ему вдруг стало холодно. Солнечный луч, заглядывавший в прозрачный камень, куда-то пропал. Тучи столпились в небе, спрятали Собаку-Солнце. А голос Мамы-собаки звучал гулко и звучно, словно историю рассказывала не она, а сами Всесобаки.
– Однажды Молния стал дразнить Собаку-Землю. Он всегда был неосторожен, порывист и порой жесток, он не знал удержу в своих проказах и не умел учиться на ошибках, поскольку думал, что быстрые лапы всегда унесут его от беды.
Лай приподнял голову и с удивлением посмотрел на Маму-собаку. Он знал, что Молния и Небесные Псы нередко вели себя не слишком хорошо, но это всегда было весело. Он никогда не думал, что они могли кого-то обидеть или причинить зло. Неужели проделки Молнии могли быть не просто потешными, но… жестокими? Неужели он обижал Собаку-Землю?
Ему показалось, что лапа Мамы-собаки, лежавшая на его плече, стала тяжелее.
– Но на этот раз Собака-Земля ждала выходок Молнии и была к ним готова. Она затаилась и лежала тихо-тихо, выжидая. Молния не почуял угрозы, он только пуще разыгрывался и царапал Собаку-Землю всё сильнее и сильнее, так что очень скоро она могла догадаться, куда он нанесёт следующий удар. – Голос Мамы-собаки зазвучал ещё громче, и Лаю стало совсем страшно. – Но Собака-Земля терпеливо ждала, облизывая клыки. И вот Молния, разыгравшись не на шутку, спрыгнул с неба прямо ей на спину! Как ты думаешь, что случилось дальше?
Лай не мог ответить, он дрожал всем телом, глядя на Маму-собаку круглыми вытаращенными глазами.
А Мама-собака продолжала, словно не замечая его смятения.
– Со страшным рыком Собака-Земля раскрыла свою бездонную пасть и проглотила Молнию целиком, с ушами и хвостом!
Лай тоненько взвизгнул. Да, он уже много раз слышал эту сказку – но она никогда не заканчивалась так! Она вообще была совсем другой – весёлой, доброй и смешной! Вздрагивая всем телом, он уткнулся лбом в бок Мамы-собаки и заскулил. Почувствовав, как мамины мышцы расслабились, он воспрянул духом, решив, что всё плохое уже позади. Подняв голову, Лай заглянул маме в глаза и вдруг завыл от страха – перед ним была не Мама-собака, это не её глаза смотрели на него!
Это была Сталь.
Свирепая собака оскалила зубы и опустила голову, так что они почти соприкоснулись усами. В её дыхании чувствовался металлический привкус – привкус крови.
Лай пополз прочь, но Сталь прижала его лапой к земле.
– Где моя мама? – проскулил Лай. – Что ты с ней сделала? Где моя Щенячья стая?
Глаза Стали весело заблестели.
– Плохих собак следует наказывать, – проурчала она. – Они заслужили, чтобы их как следует проучили. Собака-Земля проглотила Молнию целиком, с ушами и хвостом. И пропиталась кровью! Кровь, кровь, кровь…
Её лапа с такой силой прижала Лая к земле, что он перестал дышать.
Счастливчик открыл глаза и тут же зажмурился, ослеплённый светом Собаки-Солнца. Он вскочил, открыл пасть, но не смог выдавить ни звука. Его сердце бешено бухало в груди.
Но вокруг было тихо, и постепенно Счастливчик начал успокаиваться. Собака-Солнце безмятежно светила с голубых небес, а в чистом холодном воздухе не чувствовалось ни малейшего следа Стали.
Вздохнув, Счастливчик отогнал воспоминания о страшном сне и огляделся по сторонам. Лапочки, Беллы и Грозы нигде не было. Счастливчик зевнул и с наслаждением вытянул лапы. Хватит, он не станет забивать себе голову разными дурацкими снами! Ему было тепло, в животе чувствовалась приятная сытость, долгий сон придал ему сил. Даже прокушенная лапа почти не болела.
Счастливчик вышел из логова и побрёл через рощу к озерцу. Здесь он вдоволь напился и почувствовал себя совсем здоровым. Ветер тут чувствовался гораздо сильнее, чем в логове, и пробирал холодом до костей. Деревья совсем облетели, почерневшая от морозов трава низко стелилась по земле. Счастливчик принюхался.
Заморозки скрывали запахи, но он ясно различал в воздухе что-то необычное. Счастливчик повёл носом. Так и есть, от земли поднималась какая-то резкая кислинка. Воздух едва заметно гудел и подрагивал. На спине Счастливчика шерсть встала дыбом, когда он распознал уже привычное ощущение близкой беды.
«То же самое чувствовалось перед гибелью старого мира. Собака-Земля тогда была неспокойна, а сейчас она снова чем-то рассержена.
Что ей потребуется на этот раз, чтобы утихомириться?»
Счастливчик содрогнулся, вспомнив жуткие пророчества Стали.
«Она сошла с ума! – резко одёрнул он себя. – Гроза тут ни при чём! Какое отношение она может иметь к гневу Собаки-Земли?»
Но его тревога никуда не делась. Она не уходила, потому что ощущение близкой беды пропитало воздух и землю, пульсировало в крови Счастливчика.
«Наверное, я должен предупредить стаю! Надо перебираться в другое место, здесь небезопасно».
Тут со стороны скал послышался громкий лай, и Счастливчик со всех лап бросился туда. Оказалось, что Лапочка уже собрала всю стаю. Никого не нужно было предупреждать – все и так понимали, что происходит нечто недоброе.
– Что нам делать? – пролаяла Кусака. – Мы все чувствуем, что здесь небезопасно. Нужно уходить?