— Ну? Пошли?
Пульс у Тоцци лихорадочно зачастил.
— Ну? — шепотом повторила она. — Идем?
У Тоцци перехватило дыхание. Его обуревало желание, хотя он знал, что время не терпит. Надо ехать на эти проклятые похороны, остановить Сола Иммордино. Но он держит в объятиях Стэси, Мисс Накачивайся. Только что он клялся себе, что не поступит с ней, как с другими женщинами... Но с другой стороны...
Губы их слились снова, он искал языком ее язык. Голова его кружила по комнате, ударяясь о стены, и лишь когда они упали на постель, до Тоцци дошло, что это уже не гостиная.
Они сплелись в объятиях и неистово целовались, катаясь по неприбранной постели. Тоцци оказался на спине, «Награ» врезалась ему в тело. Он завел назад руку и отодрал магнитофон, кожа от пластыря горела. Приподнявшись, чтобы положить «Нагру» на туалетный столик, он увидел пиджак, висящий на двери чулана. Пиджак от черного костюма в полоску. Похоронного костюма.
Черт.
Стэси стояла над ним на коленях, волосы падали ей на лицо. Она отбросила их назад, уткнулась носом в его ухо и лизнула мочку.
— Тоцци?
— М-м-м-м?
Он смотрел на туалетный столик, где стояли радиочасы.
— Ты что, забыл обо мне?
— Нет-нет. С чего ты взяла?
Он перекатил Стэси на бок, одна из ее невероятных грудей легла ему на предплечье. Твердый сосок уперся в его волосатую грудь.
— Видел бы ты свое лицо.
Она смеялась, в ее золотистых глазах мерцали искры.
Тоцци вновь почуял запах мяты. Глянул Стэси в глаза, и она перестала смеяться. Их губы соединились, соприкоснулись языки. Голова снова пошла кругом.
Поцелуй длился без конца. Тоцци будто несся на лыжах по склону горы со скоростью сто миль в час. Стэси что-то пробормотала сквозь поцелуй, и вдруг он опять оказался в спальне. Чуть приоткрыл глаза. Пиджак выжидающе темнел на плечиках.
Глава 20
Стеклоочистители похоронно шуршали. Раз... два. Раз... два. Раз... Прямо по нервам. Сидящий сзади Сол наклонился и ткнул пальцем в сторону.
— Сил, может, остановишься здесь? Возле бокового входа.
— Сальваторе, может, помолчишь и предоставишь мне вести машину?
Сил медленно ползла вдоль квартала, ища местечко, где можно пристроить маленький «датсун» Люси.
— Мне хотелось войти через боковую дверь, Сил, только и всего. Перед церковью я видел человека с видеокамерой. Эти типы мне уже опротивели.
— Вот как? А вчера и позавчера они не были тебе противны. Ты разгуливал по тротуару, позируяперед камерой.
Эмерика снова стала бить дрожь.
— Где Чарльз? Хочу видеть Чарльза.
Сол обнял его за плечи, пытаясь успокоить:
— Не волнуйся, Донни. Чарльза мы увидим потом. Уже скоро.
Хоть бы Сил перестала говорить таким раздраженным тоном. От него Эмерик начинает трястись, будто карликовый пудель.