Впрочем, как и мне, но будем надеяться, что ненадолго.
Немо изо всех сил старался удержать на весу штангу и потому в ответ только хрюкнул.
– Ты больше не нужен Саламандре. Ему надоело нянчиться с тобой. Он прикончит тебя, если увидит в таком состоянии. Хотя, возможно, он все равно тебя убьет. Он считает, что ковер у тебя. И это не лишено смысла. Какой наркоман откажется от запаса героина, которого ему хватит на всю жизнь. Я прав?
Глаза Немо были крепко закрыты, лицо стало неестественного пурпурно-красного цвета.
– У тебя есть возможность избежать всего этого. Но для этого тебе нужен я. Я могу уладить твои дела с Саламандрой. Тебе придется сделать всего две вещи. – Дрель продолжала свою мучительную работу.
– Чего тебе надо? Чего ты от меня хочешь?
– Убей Тоцци и достань ковер. Он у него, Заставь его рассказать, где он, и затем прикончи его.
– Как?
– Ты малый сообразительный. Сам и решай. А где его найти, я подскажу.
– Зачем его нужно убивать? Почему просто не взять ковер?
– Есть две причины. Первая – он слишком много знает, вторая – я не дам тебе ни одной дозы, если ты этого не сделаешь.
– Ты врешь. У тебя нет наркотиков.
– Ну, думаю, Саламандра не станет возражать, если из ковра исчезнет пакетик-другой.
Пускай удержит это из моего гонорара.
Эти слова вызвали у Немо новый прилив энергии. Он открыл глаза и посмотрел на Огастина.
– А что, если я этого не сделаю? Что тогда?
Огастин вздрогнул. Боль, словно нож, вонзилась ему под глаз.
Ах ты, маленький самодовольный болван.
Огастин встал коленями на штангу и проскрипел сквозь зубы:
– Ты помнишь, что случилось с твоим приятелем Джордано? А? Могу устроить повторное представление. Малыш.
Из горла Немо вырвался не то стон, не то вопль.
– Что ты несешь? Не понимаю.
– А тебе и нечего понимать. Это не твоя печаль. Просто делай свое дело, и все хорошо кончится.
Немо отчаянно сопротивлялся, пыхтел, сопел, пытаясь вернуть штангу обратно на штатив, но колено Огастина мешало ему. Немо, однако, продолжал борьбу. Очевидно, ему требовались более убедительные доказательства.
– Как ты думаешь. Немо, сколько порошка в одном таком пакетике? Я думаю, около трехсот граммов. Почти треть килограмма. Если я позволю тебе оставить, скажем, три пакетика, на сколько тебе этого хватит? Килограмм необработанного героина? Примерно десять килограммов той дряни, которой торгуют на улице?
Огастин подвинулся немного вперед, подталкивая штангу ближе к животу Немо, где ему было труднее удерживать ее на весу. Он пристально смотрел на багровое, искаженное лицо Немо, а сам в это время морщился от головной боли.
– Стоп, засранец, прекрати!
Огастин помедлил.
– Ну так что?
– Ты точно все уладишь с Саламандрой? Он не узнает, что это я возьму те пакетики? Ты ему не проболтаешься?