– Антонелли – мой брат, – мрачно проговорил старик. – Я не допущу, чтобы его вот так предали. – Он был теперь похож на старого воеводу из дурацкого фильма о самураях.
Нагаи ободряюще закивал.
– Я поставил людей следить за Д'Урсо и его припадочным шурином. Если те соберутся нанести удар, мы тут же об этом узнаем. Хотите, я пошлю Масиро, и он убьет обоих. – Нагаи не был еще уверен, войдет ли он в дело с Д'Урсо. Если Д'Урсо отправит Антонелли на тот свет и останется цел, вот тогда поглядим. А тем временем надо сделать так, чтобы у Хамабути не возникло подозрении.
– Нет, ты не вмешивайся. Мы не можем соваться в их дела. Это может испортить наши отношения. Может положить конец нашему совместному предприятию, несмотря на мою дружбу с Антонелли.
– Как же может испортить наши отношения то, что мы спасем Антонелли жизнь?
Хамабути поморщился.
– Как бы мы отреагировали, если бы мафия стала соваться в наши частные разборки? Мы здесь как в бурном море. И не нам переворачивать лодку.
Спасибо за яркие образы.
– Вы скажете Антонелли?
Хамабути по-бульдожьи наморщил лоб. Брови сошлись над переносицей. Он напряженно обдумывал вопрос.
– Не знаю... не думаю.
– Как же так? Он ведь ваш друг.
– Друзья не шпионят друг за другом. Если я скажу ему, то должен буду и объяснить, откуда я это узнал. Естественно, он подумает, что я ему не доверяю и никогда не доверял. Это разрушит наши отношения... и наше очень выгодное партнерство. Нет, сказать ему я не могу.
Вот вам и друг. Может, Д'Урсо удастся провернуть это дело, гм-м-м. Да, но вдруг Хамабути все же надумает и скажет Антонелли? Старик – хитрая бестия, он на все способен. Нагаи решил еще раз прощупать почву.
– Почему бы вам не рассказать Антонелли насчет Д'Урсо и не объяснить, что это я шпионил? Свалите все на меня.
Хамабути сверкнул на него глазами. Теперь он был похож на злую пучеглазую лягушку.
– Ты, Нагаи, слишком долго живешь в Америке. Я отвечаю за все, что делают мои люди. Я – из Фугукай. Моя честь покоится на ваших поступках.
Опять эта муть из Куросавы.
– Тогда что же нам делать?
– Мы должны не допустить расправы. Не дать Д'Урсо добиться своего – только осторожно, не высовываясь прежде времени. На бизнесе это не должно отразиться. – Хамабути положил в рот ломтик фугу. – Уверен, ты сможешь догадаться, что у Д'Урсо на уме. – Теперь он вертел следующий ломтик рыбы в соуснике. – Делай все, что сочтешь нужным, чтобы помешать ему. – Он устремил на Нагаи значительный взгляд.
Ну ты и хитрюга. Ублюдок чертов. Натравить неудавшегося убийцу на убийцу предполагаемого. Умно, гром его разрази. Как бы ты удивился, если бы Д'Урсо добился успеха и мы взяли бы в свои руки торговлю рабами. Нагаи окунул в соусник еще ломтик фугу и положил в рот. В самом деле вкусно, вкусней, чем ему помнилось.
– Не беспокойтесь. Я буду держать Д'Урсо под контролем, – сказал он.
Хамабути утвердительно кивнул и подхватил следующий ломтик рыбы.
– Еще бы, Нагаи.
Нагаи кивнул и тоже потянулся за рыбой.
– Раньше было гораздо легче заставить людей повиноваться. – Хамабути все поворачивал и поворачивал ломтик рыбы в соусе. – Традиции были крепче. Но времена изменились. Босс должен уметь управлять своими людьми. – Он все еще вертел рыбу в темном соусе. – Кстати, Хацу передает тебе привет.
– Кто?
Хамабути взглянул на него, подняв кустистые брови.
– Хацу. Твоя дочь. Ты что, забыл ее? Кэндзи стал хорошо играть в бейсбол. Еще вырастет из него новый Садахару О. А малышка – она мне прямо как внучка. – Он мягко рассмеялся и положил рыбу в рот.
– Вы недавно видели их?