Тревога в груди, меж тем, только нарастала. Игорь скривился, согнулся пополам, чувствуя, как заходится в бешеном ритме сердце.
— Ты всегда был самым слабым из них, — прошептал ему на ухо человек. Игорь махнул рукой, но коснулся лишь рваных клочьев тумана.
— Неправда, — прохрипел он. — Мы все равны.
Ответом ему была тишина.
Игорь сделал ещё несколько шагов к подъезду. Постоял, но ничего не изменилось. Человек исчез.
Он поднялся на крыльцо, разблокировал дверь магнитным ключом, взялся за ручку.
— Я найду каждого из вас и заставлю вспомнить всё то, что вы натворили, — сказал ему голос. Игорь вздрогнул, обернулся, встретился взглядом с человеком.
— Мы помним, — прошептал он. — Но это ничего не меняет. Здесь у нас новая жизнь. Новые правила. Другая игра.
Человек криво усмехнулся.
— Игры кончились, Иггерд. Передай остальным, что я вернулся.
Он вновь исчез, на этот раз насовсем. Игорь постоял немного, слушая ночную тишину, разрываемую писком домофона, а затем шагнул за порог. Дверь неожиданно громко захлопнулась за ним, отсекая все звуки.
Поднимаясь по лестнице, Игорь вдруг понял, что не так.
Собака больше не лаяла.
Глава 1. Контрольный выстрел
— Свет! — скомандовал кто-то резким голосом. По векам ударило нестерпимо ярким, я зашипел от боли и прищурился. Поморгал, привыкая к освещению.
Вокруг был подвал. Или камера пыток. Возможно, что-то среднее. Напротив меня, с непрошибаемо спокойным лицом стоял мужчина средних лет. В руках он держал тонкую папку, но не спешил её открывать. Просто стоял и смотрел.
— Очнулся? — задал он риторический вопрос, заметив мой интерес к своей персоне. — Готов к диалогу?
— Смотря к какому, — усмехнулся я. Тело болело после аварии, но явных повреждений не чувствовал. Так, ушибы да синяки. Куда интереснее было узнать, где я, и кто этот человек. Ну и как отсюда выбраться, само собой.
Он проигнорировал мою насмешку, подошёл к столу возле стены, положил папку. Острый взгляд серых глаз, казалось, впился в меня с неотвратимостью пули.
— Итак, Юрий Павлович Костров, двадцати двух лет от роду, студент четвёртого курса государственного политехнического института. Родители погибли в автокатастрофе семь лет назад, живёт один, в сомнительных связях замечен не был, если не считать пары любопытных знакомств. Вероятный пробудившийся, — раздался сзади женский голос. Я повернул голову на звук, но, в связи с тем, что мои руки оказались пристёгнуты наручниками к стулу, до конца развернуться не сумел. А женщина выбрала позицию очень грамотно, чтобы не видел её, в то время как сама прекрасно видит меня.
— Всё верно? — осведомился мужчина, расстёгивая пуговицу пиджака. Я пожал плечами.
— Вроде да. Позвольте полюбопытствовать: кто вы такие? И имеется ли у вас разрешение на содержание меня под стражей?
Незнакомец вдруг хмыкнул. Это был первый раз, когда он проявил передо мной подобие эмоций. Медленно снял пиджак, демонстративно принялся закатывать рукава рубашки.
Возможно, я был не самым умным парнем в институте, но связать события и уложить в единую цепочку умел всегда.
Будут бить.
— Объяснений не дождусь, да? — фыркнул я, стараясь показывать невозмутимость, тогда как поджилки тряслись от страха. Неясно, кто эти люди и зачем я здесь? Помню лишь, как кто-то вытащил меня из покореженной тачки Лёхи, да обрывки разговора.
— Где вы были вчера ночью, гражданин Костров? — спросила женщина за спиной.
— Гулял с друзьями, — я напрягся. Неужели из-за той девушки?
— Некая Орлова Валентина Сергеевна вам знакома?
— Кто это? — не понял я. Но интуиция продолжала вопить: да, она. Хотя имени я действительно не знал. Или не помнил.