Зарубежный детектив: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Постоянство традиции

Зачем мы открываем еще одно издание детектива в дни, когда предложение на детективную и приключенческую литературу стало обгонять спрос? Зачем нужны нам незнакомые авторы, когда еще не прочитаны книги нашумевших? Этими вопросами задался составитель, предлагая читателю очередной «Зарубежный детектив» издательства «Молодая гвардия».

На этот раз в сборник вошли романы, принадлежащие перу венгра, бельгийца и француза. Хотя это далеко не первое издание многонационального детектива в период перехода к плюралистическому мышлению, можно с уверенностью сказать: «моно-чувство» — любить детектив — получит разноплановое и глубокое удовлетворение. Три варианта игры для взрослых найдут своих верных поклонников, способных по достоинству оценить новую экономическую политику и старые буржуазные отношения, изощренность преступников и находчивость следователей. Очень верится, что в эпоху массовых телевизионных забав и «препирательств» один на один с компьютером не утратился интерес к искусно оформленной в слове литературной игре: веками же хранится и прогрессирует вкус к шахматам. Кроме того, как наблюдая за игрой в шахматы, мы менее всего воображаем себя пешкой или даже слоном, а видим в роли игрока или его подсказчика, так и в литературной игре мы стремимся проникнуть в душу автора и ухватить его замысел или слиться с героем книги, лучше сыщиком, человеком рисковым и вполне героическим. Это возвышает нас в собственных глазах, даже если автор «мошенничает». Ведь он так ловко подтасовывает факты, отражающие действительность, что мы часто принимаем только его логику, отклоняясь от всякой другой. Правда, это ненадолго, всего лишь на короткие часы приятного чтения. Читатель обычно снисходителен к автору детектива, отдавая ему должное лишь в тот момент, когда между строем его собственного мышления и рассуждениями писателя намечается значительный разрыв. Поэтому автор детектива образной логикой своего повествования должен обгонять фантазийные и интуиционные способности читателя. Случится ли такое при чтении данного сборника? Безусловно, да. Разнонаправленность представленных в данной книге романов, их стилистическая индивидуальность обеспечат ей немалую аудиторию.

Венгерское вино, как и многое другое из импорта бывших соцстран, исчезло с наших прилавков, но миллионы жителей России, способные ценить его вкус, помнят тончайшие оттенки ароматов — от токайского «самородни» до кроваво-красного эгерского. Первая история нашего сборника — из жизни венгерских виноделов. Не ставя своей задачей ни алкогольное, ни экономическое просветительство, она пояснит нам проблемы социалистического рынка, точнее, его изъяны, приведшие в конце концов к развалу. Не волнуйтесь, пенсионерки и домохозяйки, Дьердь Сита, автор «Частного расследования», не станет изводить вас лишней коммерческой информацией. Дьердь Сита прежде всего беллетрист, автор, известный у себя на родине добротными романами из жизни уголовного мира. Он родился в 1947 году в небольшом западнодунайском городке Тапольце. Его настоящее имя Петер Дери. В 1958 году он вместе с родителями переехал в Будапешт, где с тех пор и проживает. По окончании гимназии Дьердь Сита учился на венгеро-французском отделении университета, затем работал библиотекарем, редактором издательства, занимался разведением грибов, служил экспертом по оценке картин. Основным занятием для него все же был литературный труд, переводы, уроки иностранного языка.

С юности Дьердь Сита проявлял интерес к детективу, он перечитал всю классику жанра и даже специально изучил английский, чтобы прочитать в подлиннике Чандлера. Первую книгу он написал в возрасте двенадцати лет, это была подделка под Агату Кристи, а недавно закончил докторскую диссертацию, посвященную историческому и структурному анализу детективного романа.

Герой его собственных детективов Денеш Тоот — капитан полиции, зачастую прибегающий к частному расследованию и с успехом находящий выход из самых запутанных ситуаций. «Частное расследование» не роман из жизни уголовного мира и профессиональных убийц, это книга из жизни людей, в глазах обывателя всегда считавшихся респектабельными — людей системы венгерского агропрома и внешней торговли. Отнюдь не спеша с очернительством, автор рассказывает о махинациях в сфере виноделия, об искусственном взвинчивании цен, о солидных взятках, даваемых кооперативами госсектору… Впрочем, пусть читатель не думает, что в романе Д. Сита его ожидают лишь «агропромовско-внешнеторговые» коллизии. Отнюдь нет! В «Частном расследовании» есть и таинственное исчезновение, и коварные нападения, и убийства, и другие острые моменты детективной интриги.

Время гласности многому нас научило, на многое раскрыло глаза, и мы по-новому стали видеть человека в сфере его непосредственной деятельности. Спала с глаз пелена. И вот уже мы отлично понимаем, что партийно-государственная бюрократия стала силой, осуществляющей функции так называемого «всеобщего капиталиста». Что это значит? Это значит, что партаппарат старого типа, используя недостаточную развитость общества в социально-экономическом отношении, подчинил функционирование формально-обобществленного производства своим корыстным целям. Деятельный человек, внутри этой системы преуспевающий или желающий преуспеть, должен хитрить с самим собой, изворачиваться, иначе же он превратится в робота, точнее, в «гайку-винтик» бездушного социального механизма.

В конце 1989 года волна перемен накрыла европейские бастионы командно-административной системы. Она мгновенно выкинула из кресел тех, кто пытался продлить существование «застойных» режимов в Румынии, Чехословакии, Польше и ГДР. Под напором народной энергии резко ускорились темпы перемен и в Венгрии. Год с небольшим понадобился для проведения там радикальных экономических и политических реформ. «Частное расследование» Дьердя Сита — книга, обращающая внимание на один из скрытых факторов этого ускорения — сложившуюся и действующую теневую экономику. Писатель, правда, не сосредоточивается на обобщениях. Судьба одного делового человека из провинции не означает механического повторения судеб других людей той же социальной категории, но сама возможность такого неожиданного поворота жизни человека предприимчивого и влиятельного свидетельствует о неблагополучии общества, совсем недавно еще лицемерно считавшего себя благонадежным и процветающим.

А. Платонов сказал однажды, что «бюрократия — это заместитель пролетариата», имея в виду распределение благ в том виде, в каком они декларировались при казарменном социализме. То, что предназначалось пролетариату, получала обычно бюрократия, лимитирующая жизнь своих сограждан, людей в большинстве своем с двойной психикой, деформированной страхом и ложью. Есть многое от этого закономерно появившегося общественного типа людей и в персонаже романа Дьердя Сита. Его не поймали работники полиции, но человек, отнесшийся к делу неформально, сумел найти его след и верно нащупать социальные причины его поступков. Впрочем, автора занимает больше внутренняя сторона поведения современного ловкача, его узкий, но «щелястый» мир, его быт и времяпрепровождение, его способность любить и поддерживать дружеские отношения.

В наш сборник вошли также два франкоязычных романа — бельгийский и французский. «Бельгизм» первого романа читатель ощутит вряд ли, но в принадлежности второго французскому автору сомнений не будет. Книги различаются временем создания и временем действия — тридцатые и восьмидесятые годы. Различаются они и формальным детективным приемом — способом вести расследование преступления. Сближает их часто встречающееся сочетание — работа официального следователя и самостоятельные попытки одного из героев «вести дело».

Если посмотреть на мир из полицейского участка, картина жизни не покажется восхитительной. «Мы живем в мире, где едва ли не целыми городами правят гангстеры, — писал известный американский автор детективных романов Реймонд Чандлер, — где гостиницы, многоэтажные дома и известные рестораны принадлежат людям, обогатившимся на публичных заведениях, где кинозвезда может быть наводчицей воровской шайки, а симпатичный сосед по площадке оказаться заправилой подпольной лотереи; в мире, где судья, у которого, несмотря на сухой закон, погреб набит спиртным, может посадить в тюрьму человека, у которого в кармане пол-литра, где мэр города посмотрит сквозь пальцы на убийство, если оно позволит нажиться, где ни один человек не может появиться спокойно на улице, потому что мы много говорим о законе и порядке, но отнюдь не стараемся их соблюдать; в мире, где вы можете оказаться свидетелем грабежа средь бела дня, но не побежите в полицию, чтобы сообщить приметы грабителя, а, наоборот, поспешите затеряться в толпе; ведь у грабителей могут быть дружки, которые достанут вас из-под земли, или полиции не придутся по вкусу ваши показания, и в любом случае крючкотвор-защитник сможет поносить вас и порочить на глазах у публики перед отборными олухами присяжными, а судья, представитель государства, если и будет их одергивать, то не слишком строго».

Это высказывание, звучащее так актуально, было написано в то время, когда разворачивается действие детектива «Последний из шестерки». Корни расцветших сегодня явлений были заложены в начале века, тем очевидней значительная роль честного полицейского.

Автору «Последнего из шестерки» Станисласу-Андре Стееману (1908–1970) удалось во множестве своих романов (их у него-более тридцати) создать образ симпатичного следователя Воробейчика — господина Вэнса. Этот педант с простоватыми манерами, вечной простудой и непобедимой усталостью явно напоминает знаменитого инспектора Мегрэ. В данном романе курьезный Воробейчик вполне здоров, у него обостренное чувство собственного достоинства и, что немаловажно, некоторый материальный достаток. «Вам известно, что у меня есть собственное состояние, — гордо заявляет он, — это дает мне некоторую независимость. Я нисколько не стремлюсь к повышению в звании». Именно это обстоятельство, как отмечает автор, заставляло его непосредственного начальника месье Воглера «особо ценить услуги, которые оказывал ему инспектор». Автор стремится подчеркнуть не столько способность сыщика к дедукции (Воробейчик отнюдь не Шерлок Холмс и не месье Эркюль Пуаро), сколько чутье человека из другой социальной среды. Г-н Вэнс не только охраняет мир богатых, но и прекрасно разбирается в людях. Читатель не знает ничего о его социальных взглядах, но чувства зависти к богатству у него нет.

Детективный роман был импортирован в Бельгию из Англии в период рождения и становления феномена Агаты Кристи, то есть в двадцатые-тридцатые годы. В это же время начинает писать и Жорж Сименон, который родом из того же Льежа, что и Станислас-Андре Стееман. Но если последний принялся сразу за авантюрный роман, то путь первого к детективу лежал через создание романов социально-психологических, семейных саг о льежских династиях. Сходство между этими авторами критика замечает в том, что оба они «пишут» в своих произведениях атмосферу родного города. Напомним, что Льеж по значению второй город Бельгии после Брюсселя, древнейшая столица княжества, потом значительный культурный центр. Льежские банки финансируют промышленников всего мира. Город музыкантов, художников, писателей, Льеж традиционно более тяготеет к Парижу, чем к Брюсселю. Уроженцы Льежа значительно приветливей, чем столичные жители. Так гласит молва, объясняющая это германофобией валлонцев, нежеланием быть «холодными как немцы», их страстностью и эмоциональностью, тонкой музыкальной культурой. Перерезанный притоками Мааса Льеж напоминает северную Венецию. В городе преобладает влажная и холодная погода, но в погребах местных жителей припасено немало бургундского. Одним словом, Льеж был и остается источником вдохновения писателей и художников.

В романе Станисласа-Андре Стеемана город — место преступления, на которое ни автор, ни читатель не посмотрят восхищенным взглядом, но неуловимые флюиды, воссоздающие ретроспективу (современный Льеж, конечно, другой город), возымеют свое воздействие. Безусловно, достоинством книги «Последний из шестерки» следует считать и то, что это подлинник далеких тридцатых годов, настоящее свидетельство ушедших в прошлое дней. Для своего десятилетия и страны этот роман был шедевром, получившим Гран-при 1931 года за лучший детективный роман.

Книга Мориса Периссе «Свидание у карусели» тоже получила премию за лучший детективный роман — премию 1983 года Кэ-де-Орфевр (что равносильно награде Петровки, 38). Кто-то из критиков по выходе романа написал: «Это хороший детектив, но в полицейском романе он не событие», Морис Периссе и сам не переоценивал свою книгу, но она помогла ему утвердиться как писателю. Два его последующих романа «Хозяйки игры» и «Катафалк для звезды» тоже получили премии, соответственно города Реймса и за «Лучший французский детектив». В настоящее время Морис Периссе один из признанных авторов полицейского романа, автор и составитель библиографического издания «Французский детектив», где собраны сведения о многих, хотя и не всех, пишущих сегодня в этом жанре писателях. Исчерпывающего справочника, по признанию автора, все равно было невозможно создать. Подвизающихся на поприще детективного романа слишком много, так же как много издательств, за деятельностью которых трудно уследить.

Морис Периссе родился в городе Дроме, известном своим лакомством — жареным на меду миндалем. Подолгу и часто в детстве он жил в деревне, где из-за вынужденного одиночества читал все подряд: книги классиков, русскую литературу. «В двенадцать лет, — пишет он, — я прочел „Неточку Незванову“ Достоевского и был восхищен. Однако занятия мои по литературе в школе шли неважно. Учитель словесности был мной недоволен. Одним словом, как-то само собой вышло, что я стал поверять свои мысли бумаге». В шестнадцать лет Морис Периссе опубликовал первую книжку стихов, потом были другие книги, тоже поэтические сборники. Это позволило ему войти в круг поэтов Лазурного берега. Но стихами невозможно прокормиться, и молодой поэт начал работать в книжной лавке, где ему был доверен также отдел пластинок. Поэзия, музыка, кино — это то, что сформировало его как художника. Увлеченный творчеством Жерара Филиппа, он создал фотоальбом-биографию замечательного актера. Он и сегодня считается наиболее авторитетным изданием о мастере французского кино. Затем последовало эссе о Мэрилин Монро. Завораживали Периссе и другие звезды кино. Пишущий торговец книгами привлекает внимание устроителей кинофестивалей Лазурного берега, и в 1965 году его включили в жюри Международного средиземноморского фестиваля молодого кино, который впервые открыл имена Клода Лелюша, Андре Дельво, Вернера Шретера, Маргарэт фон Тротта. Успех фестиваля обеспечил ему должность помощника мэра по делам культуры средиземноморских островов (Поркероль, Пор-Кро и других). И вот тогда-то Морис Периссе взялся за полицейские романы. Первые его книги проваливаются или остаются незамеченными («В предвкушении смерти», «Праздник волчиц»), но после публикации «Свидания у карусели» их с успехом издают те, кто прежде по нескольку раз отказывал автору. Морис Периссе стал литературным консультантом известного издательства «Файяр». Он выпускает одну за другой более десяти книг детективного жанра. «Среди них, — говорит он, — нет ни одной проблемной. У меня нет романов в обычном смысле слова. Однако мне кажется я близок к традиционному роману, потому что мои произведения не игра в „Сыщик, держи вора!“, мои книги стремятся раскрыть психологию преступления».

В романе «Свидание у карусели» изображен энергичный, заинтересованный в успехе дела следователь. В литературном отношении эта книга легко и красиво написана и вскрывает характерное для страны, часто встречающееся преступление. Впрочем, аналогичные преступления раскрывали вместе со своими героями и Конан Дойл, и Агата Кристи, и даже родоначальник детектива Эдгар Аллан По. Последний, сочетая «страшное и необычайное» и особые «правила игры», сходные, по выражению одного из наших современников, с правилами игры в бридж, написал замечательную историю «Падение дома Ашеров». Особенная, можно сказать, утонченная мистика этого произведения поведала внимающим, что ни одно совершенное преступление не остается безнаказанным. Если виновника вовремя не настигло правосудие, будут наказаны его дети, его род, его семья. Эдгар По рассказал об этом как ясновидящий романтик. Вслед за ним о вырождении дворянских и буржуазных семей читателю поведали десятки писателей, используя для этого разные жанры: семейную сагу, исторический роман, но также и детектив. Последний позволяет буквально составить обвинительный акт против тех, кто привык себя ощущать безнаказанным.

Давно уже рухнула французская колониальная империя, в 1962 году Алжир стал независимым государством. Расставание с просторными угодьями в мягкой полосе средиземноморского климата стран Магриба нелегко далось их бывшим хозяевам. Прощание европейских поселенцев с Алжиром сопровождалось выступлениями «ультра» и оасовцев (членов секретной вооруженной организации), которые со временем были обезврежены, но не сразу и не повсеместно. Их движение было кому содержать. Объединившиеся тайно богатые землевладельцы — большая сила! Впрочем, эти землевладельцы и во Франции не оказались беднее. Они получили не просто земельные наделы, а большие поместья, которые с помощью все тех же денег сумели расширить. Своеобразный характер алжирских «бандейрантов» — первопроходцев крупного землевладения сохранился у них и в метрополии.

Дядя несчастной Анжелины Дансель из романа «Свидание у карусели» родом именно из этого сословия. «Перед вами человек, — говорится в романе, — который избрал себе роль могущественного вельможи и в конце концов стал таковым. И чувствуется, что он готов на все, чтобы сохранить свою империю». Понятно, что беспринципный Делакур не испытывает никаких теплых чувств к преданному ему как собака телохранителю алжирцу Лакдару. Преданность раба своему хозяину столь естественна для него, сколь естествен шантаж со стороны Жюльена Комбрэ, помогавшего когда-то смуглокожим рабочим на плантациях. Делакур жесток, и семейный грех, получив огласку, не встречает в глазах окружающих ни сочувствия, ни снисхождения. Делакур «обставил» его бесчеловечными преступлениями, продиктованными отнюдь не родственными чувствами. «Все тайное становится явным» — эти слова, имеющие силу пословицы, подтверждает плавно разворачивающийся сюжет книги Периссе. Действие происходит на юге Франции в сезон отпусков, но не в мире курортников, а в мире жителей этих мест, для которых ярмарка в день праздника 14 июля с аттракционами и каруселями — большое событие местного значения.

Мир быстро меняется, меняется характер преступлений, социальные условия, их порождающие, но как в прошлом, так и сегодня для нас важна честность человека, раскрывающего преступление, его умение, предприимчивость и светлая голова. Приступая к очередному детективу, мы не просто ощущаем себя любителями этого жанра, увлеченными «традиционной игрой», но и простыми смертными, для которых архиважно само раскрытие преступления, финальный аккорд, непременное торжество истины. Искусство детектива оптимистично, наверное, поэтому не счесть его искренних поклонников.

Дьердь Сита

Частное расследование

1

Неподалеку от столицы Венгрии, в четырех-пяти часах езды на машине, притулилась самая маленькая из ее областей, как бы зажатая между соседними крупными областями. Она была образована из двух приличных кусков, отхваченных от соседей-великанов. Искать ее на картах — напрасный труд.

Новая область поделена на три уезда. Один из них — сплошной лесной массив, второй — болота; в обоих — небольшое число жителей, и в экономическом отношении они малоперспективны. Зато Верешхедьский уезд восполняет ущербность двух своих собратьев. Посередине его пролегает гора Верешхедь; она растянулась почти на пятнадцать километров, однако и в самой своей высокой точке едва достигает ста пятидесяти метров. Южный склон горы почти полностью покрыт виноградниками, а на самой вершине и по всему северному склону — лес и густой кустарник.

Под горой тянется уже сильно заболоченный Мертвый рукав, отделяющий гору от Грязного луга, по которому на многие километры раскинулись луга и пастбища. У северного подножья горы начинаются холмы Беркеч, поросшие старым, уже вырождающимся виноградником; однако местные жители готовы поклясться, что вино с него получают вполне приличное, хотя и не столь известное, как с горы Верешхедь. Оно, конечно, не такое золотистое, как с южного склона — с туманно-зеленоватым оттенком и кисловатое. Зато молва утверждает, что беркечское вино способствует деторождению (правда, статистика свидетельствует, к сожалению, об обратном: хотя потребление вина на душу населения здесь и выше, чем, скажем, в будапештской корчме где-нибудь в Ференцвароше,[1] количество населения за последние пятнадцать лет сократилось почти наполовину). Лес с каждым годом все более и более оттесняет виноградники, старые виноградники вымирают, а молодые на смену не приходят. В противоположность горе Верешхедь с ее покатыми склонами беркечские холмы достаточно круты, и уход за виноградниками не осилил бы здесь и олимпийский чемпион. Впрочем, местные хозяева ни за свой труд, ни за свое вино и не рассчитывают получить медали.

В одно из восхитительных воскресений начала октября, когда над желтыми и багряно-медными листьями проглядывает чистейшая синева неба, на бетонном шоссе, тянущемся вдоль полинявшего склона горы Верешхедь, остановилась белая «Лада».

Ее водитель, невысокого роста, коренастый человек с костистым лицом, вышел из машины в одной заправленной в брюки рубашке, поежился от холода и, достав из машины пиджак, надел его, потом осмотрелся. Дорога, на которой он остановился, отделяла заболоченный участок Мертвого рукава от подножья горы; по ее склону громоздились освобожденные от тяжести плодов виноградные лозы с побуревшей листвой, а между ними — винные погреба и давильни с обшарпанными оштукатуренными стенами и покрашенными в зеленый цвет дверьми. Кое-где виднелись и жилые дома, но их было немного. Виноград повсюду уже убрали — это подтверждала и царившая над склоном тишина: не слышно было ни гулкого звучания бочек, ни веселого позвякивания ведер, ни оживленных восклицаний. Виноградники словно вымерли; только неумолчно чирикали облепившие их скворцы.

[1] Ференцварош — один из районов Будапешта. (Здесь и далее примечания переводчиков.)