Танец над бездной: читать начало книги онлайн

– Нет, я ничего об этом роде не знаю, – ответила леди, – сама не понимаю, зачем ей это было нужно. Но тетушка была такой встревоженной, все повторяла, что точно знает, что она их родственница и хочет найти подтверждение и познакомиться с ними, прежде чем окончательно состарится и потеряет интерес к жизни.

– Спасибо, вы обе мне очень помогли. Огромная просьба не говорите Вашей кормилице о нашем разговоре, пока это преждевременно, – попросила я, поднимаясь из-за стола, – не буду больше отнимать у вас время.

– Я Вас провожу, – подскочила Николетта и поспешила за мной, – Вы на маму не обижайтесь, она свою кормилицу обожает и всегда стремится ей помочь, чем только может. Ведь это именно бабушка Молли посоветовала маме выйти замуж за отца, – рассказывала девушка, следуя за мной к выходу.

– Николетта, а почему бабушка Молли выскочила из дома час назад раздраженной? – полюбопытствовала я, остановившись у входной двери.

– Это я виновата, – потупилась девушка, – они только к отцовскому кабинету двинулись, как я выглянула из своей комнаты и крикнула, что в окно увидела папу. А бабушка Молли знает, что мой отец ее недолюбливает.

– Николетта, если что-нибудь вспомнишь, приходи в детективное агентство, – предложила я и покинула особняк.

Только вышла на улицу, где уже появились гуляющие парочки, мамочки или няни с детками, как обнаружила, что два преследователя возникнув ниоткуда, пристроились за спиной и ленивой походкой направились за мной. Открыть переход я не могла, вокруг были люди, и повернуть в переулок, чтобы вернуться на службу у меня тоже не получилось – путь мне преградила еще одна пара мужчин, чьи лица не обещали ничего хорошего. Не показывая вида, что заметила всех преследователей, я направилась вперед в надежде или обнаружить безлюдный участок, чтобы можно было открыть переход, или ускользнуть в каком-нибудь переулке. Я шла по набережной и изучала открывающий пейзаж. Справа возвышались особняки, а слева – река и цветочные бордюры, шла неторопливо, отключив все мысли, и когда наступила полная тишина внутри меня, я услышала.

– Бакстер, а ты не ошибся? – негромко спросил один из моих преследователей у другого, – что-то она спокойная очень, не нервничает, идет себе и идет. Это точно та девка?

– Да она это, она. Не дергайся. Ты же обратил внимание на ее серьги и кольцо? Большую сумму къярдов получим за их продажу, Робрик скупиться не будет. Вишь как бойко идет, глупая видать, даже опасности не чует. Ну ничего, украшения заберем, с девкой развлечемся и исчезнем из столицы.

– Не нравится мне это, Бакстер, неспроста она такая спокойная и на глупую не походит, что-то здесь не так, – нервничал его собеседник, – ты видишь куда она идет? Неужели с самим знакома?

– Ты что одурел? Как девчонка из финансового агентства может его знать? – цыкнул старший, то что он был главный в этой паре я уже поняла, как и то, что меня либо с кем-то спутали, либо те, кто сделал им заказ в отношении меня не сказали всей правды.

Переулков не было, особняки закончились. Набережная ссужалась на глазах и привела меня к старому дряхлого вида дому, едва видневшемуся из-за высокого глухого забора. Оглянулась, преследователей было четверо и их намерения мне совсем не нравились, я подняла руку и постучала чугунным кольцом заменявшим ручку по двери. С тяжелым скрипом она распахнулась, как будто меня ждали, и в проеме появился пожилой мужчина. Осмотрев меня, он перевел взгляд на мужчин остановившихся неподалеку, и гортанный смешок вырвался из горла.

– Голубушка и сколько Вас еще нужно было ждать? – оценив увиденное и что-то решив для себя, спросил он, – пациенты ждут, проходите.

Переступив порог, и услышав, как захлопнулась дверь, я остановилась и огляделась. Передо мной возвышался двухэтажный деревянный дом почерневший от дождей и солнца, передняя часть перед ним была засажена цветами, а позади виднелись строения и вольеры.

– У меня маленький частный приют для собак и кошек, – пояснил незнакомец, наблюдая за моим взглядом, – пройдемте в дом и расскажите: почему Вас преследовали Бакстер и его отморозки? Да, я не представился – Людвиг Корвен.

– Людвиг Корвен? – переспросила я и стало ясно, почему мои преследователи удивлялись моему маршруту.

– Он самый, – усмехнулся хозяин, – да Вы не переживайте, красавица, я специализировался по сейфам, а не по молодым леди из высшего общества.

– Я знаю, но Вы вроде отошли от дел несколько лет назад, – ответила я и направилась вслед за ним, в душе очень надеясь, что мне разрешат открыть переход и исчезнуть.

– Вы ведь лечить умеете? Котенка мне подкинули, маленького, – рассказывал знаменитый в империи медвежатник, пропуская меня в дом, – неделю назад у ворот обнаружил. Сам черненький с седыми усами, а на лапках у него чулочки беленькие. Хорошо я его держал отдельно, а то бы эпидемия уже началась, а малыша жалко уж очень.

Из неосвещенного коридора мы попали в кухню, где на подоконнике в коробке дремал котенок.

– Не ест со вчерашнего дня, – продолжал хозяин, – и горячий он. Ну что посмотрите? Я читал, Вы на лечебном факультете учитесь.

– Вы знаете кто я? – удивилась я, подходя к окну и взяв коробку в руки, – дайте старое полотенце и холодную воду.

– Конечно знаю, – наливая в блюдо воду и подавая мне полотенце сказал он, – Тримеер Вы, вдова Ольгерда. Он меня три раза брал, талантливый был следователь, чуйка у него была просто звериная. Вы не волнуйтесь, я Вас обратно по набережной не отправлю, там ведь бычки-трехлетки за воротами околачиваются. Нафаню полечите и переход открывайте дел-то по службе немало?

– Странно, а эти бычки-трехлетки, как Вы их назвали, не по Вашей просьбе меня сюда доставили? – спрашивая, я укутала котенка в мокрое полотенце, чтобы сбить температуру, – мне еще нужны стакан воды теплой и пол чайной ложки соды и пипетка, если имеется, конечно.

– Будет, сейчас все будет, – засуетился хозяин и начал доставать бокал, ложку, баночку с содой, – да что Вы, если бы мне что-то нужно было, я бы сам пришел в агентство. Ольгерда нет, так Альбер есть, он церемониться не станет: руки-ноги выдернет и местами поменяет, если что с Вами случится.

– Тогда объясните, а мои преследователи этого не знают? – я растворила соду в бокале и отлив немного в стакан, начала промывать гноящиеся глазки котенка, а хозяин присев у стола смотрел за моими манипуляциями. Нафаня сопротивлялся, фыркал, от холодного мокрого полотенца температура немного снизилась, и он почувствовал себя лучше.

– Так смотря что им пообещали и знают ли они кто Вы на самом деле, – пояснил медвежатник, – вот уже и мурчать начинает, может еще что нужно?

– Вы позволите мне посмотреть, какие лекарства у Вас имеются? – попросила я, передавая котенка в руки хозяина, – диагноз-то знаете?

– Угу, пантеклепия… пентаклепия… тьфу, чумка в общем. Я лекаря приглашал, а он хмыкнул: мол, делать тебе старый нечего, мелкий он – возни с ним много, а шансов мало. А лекарства, так вот, смотрите в шкафу.

Я перебрала все баночки и пакетики с порошками и травами, отложила в сторону несколько и, подумав немного, приступила к составлению сборов. Людвиг держал котенка, по-прежнему завернутого в мокрое полотенце и поглаживая его по голове, шептал: «Ты держись, Нафаня, прорвемся, вылечимся, и жить будешь долго на радость мне одинокому». Смешав травы, я огляделась, на плите топившейся дровами пофыркивала большая кастрюля.