Исход контракта (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я делаю несколько глотков вина и Роберт поднимается.

— Теперь спать. Завтра тяжелый день.

Мы выходим из кабинета, и я осматриваюсь вокруг. Просторный холл с высоким потолком, винтажная лестница. На полу стоят вазы с росписью и выделкой эпохи Ренессанса, на стенах висят портреты хозяев дома, а под ногами мягкая ковровая дорожка. Здесь тоже много дорогих и изысканных вещей, но нет ничего общего с домом Райта. Здесь уютно и обстановка вокруг не напоминает официоз в стенах музея. В конце холла открывается вид на террасу через высокие французские окна, и я хочу подойти туда. От самого вида террасы веет вечерней прохладой. Я делаю шаг по направлению к террасе, но Тайлер останавливает меня.

— Алекс, ты можешь подходить к окнам, но только так, чтобы тебя не было заметно и на саму террасу тебе еще нельзя. Мы пока не знаем, насколько глубоко щупальца Райта прощупывают нас. За домом может быть слежка, я сейчас проверяю это.

— Хорошо, — я киваю и осторожно подхожу к правому краю большого окна, став за занавеской и вдыхая свежий воздух полной грудью. За окном в свете дворового фонаря освещена лестница во двор, небольшой столик со стульями, клумбы с темными высокими кустами и цветами вокруг них. По всей территории я вижу непроглядные заросли кустарника, оплетающие забор и делающие его в ночном свете устрашающим. Мое воображение сейчас готово рисовать такие картины на всём, стоит лишь только закрыть глаза.

Немного подышав свежим воздухом, я возвращаюсь к себе в комнату. Но этой ночью я прошу его не приходить, и я одна. Я попытаюсь быть сильной. Истерик больше нет. На них просто не осталось сил и, кажется всё из меня вышло. Осталась апатия. Безразличие ко всему и себе. Что бы уже ни произошло.

Переодеваюсь и ложусь в кровать. Теперь у меня есть работа, и я буду хоть чем-то полезна для людей, не оставивших меня стоять над пропастью собственного безумия. Но как забыть, то что сом ной произошло? Как это запрятать подальше и никогда не возвращаться? Это невозможно. Кажется, что случившееся можно смыть только кровью. Но как это сделать?

Я снова и снова прокручиваю в голове разговор в кабинете. Первый за последних два месяца. Да, именно столько я не могла выйти из своей комнаты. В голове всплывают воспоминания о подготовке к аукционам, копание в документах и возня с оформлением. «Документы на предъявителя» — всё крутится в моей голове, но я никак не могу понять, почему держу эти слова в голове. — На предъявителя, — еще раз тихо повторяю сама себе и свожу брови к переносице, пытаясь сосредоточиться на этих словах. Конечно! Вот о чем речь! Словно вспышка, ответ мелькает в моей голове.

Я ненавижу Райта, ненавижу всем сердцем! Он меня растоптал и обесчестил. Он забрал мой дом — всё, что у меня было. Я закрываю глаза, и картинки из детства проносятся перед глазами. То время, когда я была счастлива. И то единственное, что я хотела сохранить, у меня отняли. Он отнял.

В груди снова щемит от боли, а из глаз непроизвольно скатываются слезинки. Мразь! Ненавижу. Ненавижу! По телу пробегает неприятная дрожь, и я открываю рот, глотая ртом воздух в попытке успокоиться. Адреналин блуждает по моему телу. Он забрал всё. Но по документам он не является хозяином своего бизнеса. Вот, о чем я забыла. А это значит, что есть надежда. Тайлер обещал мне, что Райт заплатит за всё. И мне всё равно, чем это кончится для меня. Важно теперь только одно.

В моих мыслях я начинаю вырисовывать картинку, словно я сижу с кистью как художник, только в руках у меня ручка. У каждого контракта свой исход Брайн Райт, и моим станет месть…

Глава 18

— Вы нашли ее?

— Нет, мистер Райт. Ее нигде нет.

— А что на счет Эвансов?

— Мы следили за ними два месяца. В доме и возле него ее не видно. Телефон Роберта на прослушке, но ничего из того, что бы указывало на присутствие девушки в доме. Совсем. Если бы она была у них, то Эвансы давно бы где-то прокололись. Скрывать ее так долго — просто нереально.

— Дерьмо! — взяв стул за спинку, кидаю его в стену. Ярость и злость наполняют мое сознание на протяжении двух месяцев. Тело трясет от постоянного напряжения, а внутри всё клокочет от ярости: хочется орать, крушить все вокруг. Жар гнева расползается по всему телу. Каждый день я спрашиваю Коула о ее местонахождении. Каждый день я срываюсь на всех, а самое главное на Элис. Я вижу их страх, панику в глазах, но Элис не говорит мне, где эта шлюха. И очень надеюсь, что говорит она чистую правду. Иначе ее ждет то, чего еще не было ни с кем.

Куда делась эта сучка Алексис, кто ее забрал и главное куда?

Упираясь руками о стол, смотрю на портрет отца. Я не могу быть таким олухом, чтобы упустить какую-то девку, которая может поставить наш семейный бизнес под угрозу. Слишком многое поставлено на кон, а главное — моя репутация.

— Блять, я найду тебя, Фишер. Клянусь всем, — шиплю я. — Найду. — Поворачиваюсь к Коулу. — Продолжай следить за Элис.

За окном глубокая ночь. Я лежу в своей кровати, рассматривая на потолке тени от деревьев с улицы, колышущиеся под дуновением теплого летнего ветра. После проведенных двух месяцев спящим в кресле в ее комнате, моя кровать кажется раем, но сна ни в одном глазу. Я прислушиваюсь к звукам за дверью, но ничего не слышу: ни всхлипов, ни плача, ни крика. Это первая ночь, когда ее не беспокоят кошмары. И я пытаюсь понять почему. Может все же наша с отцом теория была верна, и ей просто нужна была новая цель в жизни? Я видел страх в ее глазах, когда встретил ее вечером в коридоре. Но после нашего разговора она будто посмелела, в ней снова появилась маленькая искорка. Но для нас это целая искра надежды, которая вернет ее не к существованию, а к полноценной жизни.

С каждой ночью, которую я провел рядом с ней, наблюдая за тем, как она спит, и с каждым ее случайным прикосновением ко мне во сне, я понимал, что больше и больше привязываюсь к ней. Странно это осознавать, сравнивая ее с остальными женщинами, ведь намеренно она не приложила к этому никаких усилий. Я допустил это сам.

Алексис выглядела уставшей, с темными кругами под глазами, худой и безжизненной. Но в то же время она была все той же хрупкой и маленькой Алекс, которую я встретил впервые в баре. Я понимал, что только мы сможем вернуть ей тот огонь и радость в глазах, которые были у нее прежде и придавали ей тот едва уловимый чарующий шарм, способный покорить и поставить добровольно на колени. Думаю, именно на это я и попался.

Я поворачиваюсь на бок и, укрывая себя одеялом, закрываю глаза. Но спустя двадцать минут понимаю, что я не смогу уснуть, пока не проверю, что с ней все хорошо. Черт, кажется это становится навязчивой идеей.

Встав с кровати, я надеваю белую футболку и завязываю шнурки пижамных штанов, которые так и норовят сползти вниз. Я тихо открываю дверь своей комнаты и подхожу к ее. Стоит ли делать это? Вечером Алексис попросила оставить ее одну.

Я тяну руку к дверной ручке золотого цвета, но замираю, затаив дыхание. Черт. Я боюсь, что если открою эту дверь, то не смогу оставить ее одну. За каких-то пару месяцев, она стала так нужна мне. Просто необходима. Каждый день я мчался с работы, чтобы только узнать как у нее дела или увидеть. Но когда я был рядом, то мы молчали. Эта потребность была непонятной для меня. Несмотря на то, что с ней сделал этот урод, мне все равно хотелось прикасаться к ней, обнимать, целовать. Я старался держать свои мысли под контролем, чтобы не дать волю рукам, иначе это стало бы непоправимой ошибкой.

— Твою мать! — стону я и упираюсь лбом в дверь, но рука уже поворачивает ручку, и я толкаю ее вперед.

Девушка спокойно лежит в кровати, укрывшись белым одеялом. Ее волосы растрепанно разметались по подушке и несколько прядей упали на лицо. Мне становится жарко, и я сглатываю от того, что во рту все пересохло. Но мои ноги уже привели меня прямо к ее постели. Все как во сне или трансе, я вообще не соображаю и половины, когда она рядом со мной или в поле моего зрения. Тянусь рукой к упавшим прядкам и убираю волосы с ее сонного лица, от чего ее носик слегка морщится.

— Мама? — тихо произносит девушка, а я, напрягаюсь, думая, что она проснулась и делаю шаг назад, затаив дыхание. — Мама, я буду мстить. Я должна, — тихим рокотом произносит она и медленно переворачивается на другой бок.

Мстить? Это она о Райте?