− Что-то будешь?
− Кофе? — так же вопросом ответила девушка.
Подозвав официанта и сделав заказ, мы снова продолжили гипнотизировать друг друга.
− Кто ты? — недоуменно спрашивает девушка, всматриваясь мне в лицо. Ее беглый взгляд на бледном лице выдает озадаченность. Похудевшая, с осунувшимся лицом, нервная и сломанная духом. Она волнуется и оглядывается по сторонам, отчего ее чашка кофе слегка подрагивает в руках. — Почему ты мне помогаешь?
− Потому что видела, что ты пережила в Hell. Я была там. — Я втягиваю голову в плечи, мне и самой страшно ничуть не меньше, чем ей. Нервно потирая руки, я тянусь за своим стаканом сока, который тоже от волнения чуть дребезжит. Между нами напряжение, которое можно ощутить, оно сгустилось над нами и кожу покалывает от заряженного воздуха. Мы обе — беглянки, сбежавшие от одного и того же тирана, только мне ещё предстоит вернуться.
− Ты, − она прищуривается и охает, − ты его помощница. Но ты, − продолжает уже тише, переходя на шёпот, — ты понимаешь, во что вляпалась? Я же подставила его. Эта мразь меня чуть не грохнула. — Она опускает глаза на чашку и резко выдыхает, так что ее ноздри раздуваются. — Я сама готова сейчас найти пушку и пустить ему пулю в место сердца. И я не удивлюсь, если сделаю дыру насквозь. Потому что там нет ничего. Пустой орган, перекачивающий кровь. Но ты! Ты-то понимаешь, что Райт этого не простит тебе?
− Он не узнает. А ты уезжай быстрее и подальше отсюда. — Я поправляю очки и поднимаю выше воротник. Никто не должен меня узнать. Нужно побыстрее уйти отсюда, пока никто не заметил нас, и я осматриваюсь в поисках официанта. — Я хотела тебя увидеть и убедиться, что ты цела и здорова. Прошу, не подведи меня, пожалуйста.
− Ну как я могу, − Тили нервно раскачиваясь на стуле, крутит чашку то в одну, то в другую сторону, — я уберусь отсюда сейчас-же. Хотя знаешь? — на меня смотрят темные глаза с темнеющими от злости зрачками. — Лучше эту тварь пристрелю, чем вернуться и отсасывать у всех дружков хозяина. Жизнь шлюхи — жалкое и мелочное существование. Полное дерьмо! Ты как прихвостень или домашнее животное — сучка у всех на поводу.
Тили сломлена, по ней это хорошо заметно. Она часто смеется, в глазах явно читается боль и даже немного отстраненность. Мне как-то не по себе на неё смотреть. Она не вызывает жалость, но ей нужно помочь. Психологическая помощь и поддержка ей должны помочь, обязательно. Ее нельзя оставлять такую, как сейчас — это может быть опасным и для неё самой. Но куда ее увезут? Кто ей сможет помочь там?
Ее слушать невыносимо больно. Я чувствую, как мои руки дрожат, живот начинает сводить, а на глаза наворачиваются слёзы. И мне хватает это только слышать от неё. Я боюсь это представлять. Жить по правилам хозяина, выполнять все его прихоти и желания. И только одному ему известно, что с его покупкой будет завтра.
Я пытаюсь отмахнуться от этих мыслей, но у меня всё в голове висит картинка происходившего в Hell. Я не могу поверить в то, что она согласилась добровольно на привселюдное изнасилование. Не каждый пойдет на такое добровольно. На это нужно иметь недюжинную смелость. Я не могу удержаться и задаю вопрос, давно терзающий меня. Я хочу подтвердить или опровергнуть свои догадки.
− Тили, я…я не знаю как тебя спросить, но в Hell. Брайн говорил, что это добровольно и ты знаешь обо всём, но твой крик… — и я замолкаю, не в силах дальше закончить свою мысль, насколько это тяжело и отвратительно вспоминать. Меня немного передёргивает, и я обнимаю себя руками, чтобы не было заметно моих переживаний. Это мерзко и бесчеловечно, но если она сама на это пошла… Но как? Даже если и провинилась. Я смотрю на девушку и это просто не укладывается в моей голове до сих пор.
− О, и ты поверила? Он много чего может рассказать. Пора бы тебе было это усвоить, — из неё вырывается нервный глухой звук, похожий на смешок. — Эта тварь задурит мозги любому ради своей выгоды, ты уж поверь, я видала в Hell разное. Да и девочки могут многое рассказать, просто все боятся, да и ты…Он же наверное держит тебя всё время возле себя? А каждой из нас дорога своя шкура, мы жить хотим. Поэтому все молчат.
Опять у меня в кармане звонит мобильный. Это снова Роберт.
− Да.
− Алексис всё, уходите оттуда. Меня на этом номере больше не будет, это последний звонок.
− Хорошо. — Он завершает звонок, а я перевожу взгляд на девушку. Я вижу ее последний раз и очень рассчитываю на Роберта, что нам удалось её вытащить. Мужчина подходит к нам и берёт её под локоть, а я, подозвав официанта, расплачиваюсь за кофе и сок.
Перед возвращением в дом к Брайну я выбрасываю выданный мне Робертом телефон, временную сим-карту и заезжаю домой. Принимаю душ и переодеваюсь, чтобы смыть с себя лишние запахи, и чтобы Брайн ничего не заподозрил. Горло начинает сдавливать, и я набираю побольше воздуха в лёгкие. Он страшный человек и даже думать жутко, что он может сделать, узнав, что я помогла ей убежать. Он не узнает! Нет! Не должен!
По пути к дому Брайна я прокручиваю варианты, где я могла быть и в голову ничего больше не приходит, как spa-процедуры, остальное я должна оговаривать с Брайном заранее.
Оставив машину в гараже, я захожу в холл. Митчелл просит меня пройти на террасу. Романтический ужин на двоих с Брайном меня немного застает врасплох. Это то, чего я совсем не ожидала. Я сажусь с ним за стол. Дышу глубоко и размеренно, а глаза стараюсь держать на уровне его одежды или в своей тарелке, только временами поглядывая на Брайна.
Не заметил ли он моё волнение? Надеюсь, это не очень заметно и я держу себя в руках. Но его ответы меня пугают. Каждый последующий сильнее предыдущего. «- Ну, это уже не тебе решать, а мне. Твоя помощь в этом мне не нужна. Думаю, что ты не особо хочешь видеть последствия этого побега». Хоть бы её уже вывезли. Хоть бы она была уже далеко. Надеюсь, Роберт всё сделает и расскажет мне о ней. Господи, я боюсь, я действительно ужасно боюсь этого человека! Он монстр.
Главное не подавать виду, просто участливый интерес. Больше я ничего не хочу знать. Мне нужно немного расслабиться и вино мне поможет. Отлично! В бокале как раз вино, именно то, что нужно.
Я делаю еще глоток вина и встаю. С меня его ответов достаточно. Дикий страх до ноющей боли в костях сковывает всё тело и никакой алкоголь не поможет ни снять это напряжение, ни хотя бы немного расслабить. Лучше уйти. И самое время это сделать.
Я встаю, но не могу удержаться на ногах. Что со мной происходит? Что за..? Мое тело тянет вниз, как будто гравитация Земли изменилась и я сажусь назад, чтобы не упасть, но мне нехорошо. Темнота заполняет мои мысли, окутывая остатки сознания. Веки, как под действием свинца, тяжелеют и мне тяжело держать их открытыми. Тело немеет, и я проваливаюсь в небытие.
Я чувствую его жаркое дыхание и тихий нежный голос. Это сон? Нет, кажется не сон. Я пытаюсь открыть глаза, но это получается не с первого раза. Мне тяжело очнуться и что то ярко светит в глаза, кода вокруг все темно. Ох, черт! Что происходит? Где я? Я ничего не вижу, кроме лампы, которая освещает меня. Он меня привязал? Господи, нет! Нет! НЕТ! Я дергаю руками, пытаясь вырваться из оков, но я привязана очень крепко.
— Брайн, какого черта? Что происходит?
− Ну-ну, малыш. Незачем так переживать.
Меня охватывает панический страх. Я ощущаю пульс бешено стучащего сердца каждой клеточкой своего тела. Во мне все горит от жара, но кожа покрыта мелкими мурашками от прохлады этого помещения. Почему я здесь? Неужели он узнал? Я крепко привязана и мне не убежать. Слёзы комком подступают к горлу. Что он со мной сделает? Что со мной будет? Я пытаюсь вытащить руки и ноги из оков, но они с ужасной болью впиваются в кожу, вызывая новый поток слез.
Он садится на меня сверху и больно сдавливает рукой мне шею. Дышать становится трудно, и я могу отвечать только хриплым шёпотом. Он знает, он всё знает! Откуда он смог узнать? Мне конец. Моя идея не удалась. Я знаю, что он способен на многое и сейчас он это готов сотворить со мной. От безысходного страха меня трясет в диком ознобе до судорог, и пульс танцует дикий танец.
− Я сказал, я жду ответ. Я жду! — Брайн хватает моё лицо в руку и близко наклоняется ко мне.