— Думаешь, я не орал на Орина, не пытался вразумить его? Но ты же в него пошёл! Не только в него, но и в Ариану! Упрямый баран в двойне, вот ты кто! Думаешь, я бы не хотел вернуться за тобою? Но я не мог забрать тебя от Лары, которая тряслась, когда думала, любой красный легионер может забрать тебя у неё! Потому что своих детей она не могла иметь! Думаешь, можешь орать на меня? Ори! Бить? Бей! Только ты легионер! И подчиняешься уставу! –
— Я Смерть вижу перед глазами! Каждый божий день! — вспылил Айдан, сорвавшись на рык: Боги отвечают мне при молитвах! Я видел, кем я бы мог быть! И каждый раз всё сводилось к тому, что всё должно было быть не так и вот я здесь и знаю, что именно так, как надо. — он склонил голову он проговорил
— Прощу простить меня, капитан —
— Может быть, всё обернётся так, что ты станешь единственным, кто сможет вновь сплотить «нашу» семью? Готов ли ты принять свою кровь, даже если все отвернуться от тебя? — лицо Айдана выражало сосредоточение решимости. Вмиг лицо его поменялось, и он нервно стиснул зубы, до боли сжимая кулаки. Через полминуты молчания он ответил
— Может быть, придёт время, и нам обоим придётся раскрывать правду. — Гарет повёл бровью, когда племянник протянул ему руку. Взявшись за предплечья, на легионерский манер, они вновь посмотрели друг другу в глаза.
— Только право, честь и кровь? — слова Айдана прозвучали отчётливо и громко. Гарет улыбнулся
— Только право, честь и кровь — ответил он, по-братски обняв племянника.
— Тебе письмо, от Сейны Элерон. — Гарет молча передал ему письмо с императорской почтовой печатью. Трясущимися руками он спрятал его карман камзола, отчеканил честь и вышел прочь
Когда Айдан ушёл, Гарет понял, что назад пути нет. Как только эта Растреклятая война закончит, он расскажет Ариане и Кире правду, если Орин так не сможет сказать. Потому что в глазах Айдана он видел отчаяние, страх и безнадёжность. Поэтому, чуть погодя, Гарет повысит его в звании и пусть на него косо смотрят, эта награда за заслуги под Вингхайяром.
***
Словно бешенный он раскрывал письмо, что так долго дожидалось его.
«Моему дорогому и любимому Айдану Анкиту.
Айдан, любовь и солнце моё. Как я соскучилась по тебе. Как же хочу увидеть тебя, вновь почувствовать и коснуться тебя.
В Кинхарте творятся страшные вещи, но я в безопасности, во дворце. Знаю, но в письме опасно описывать все эти события. Как многое мне нужно тебе рассказать, ведь я врала тебе столько времени. Но знай, врала я ради блага и твоей защиты. Я люблю тебя, Айдан. Как только всё устаканится, как только вы победите, возвращайся ко мне, ведь я жду тебя, моё сердце и тело ждёт тебя.
Твоя Сейна Элерон»
Успокоившись, он положил письмо во внутренний карман камзола, ближе к сердцу
«У неё были на то причины. Так же как и у Орина, так же как и у Гарета» только этот факт ни как не успокаивал его, наоборот, ему хотелось бросить всё и вернуться к ней, но долг есть долг, ради неё он вернётся назад, ради неё он победит. А может быть он всё же свыкнуться с правдой? Что если те видения лишь небольшая доля того, что могло бы произойти? Что если в этот раз, всё идёт так как надо?
***
Со всей это суматохой он совсем и забыл про свой день рождения, в отличии от Сураны и Маилаулов, который потянули его за собой, как только он вышел из кабинета Гарета. Сил кричать или же просить их остановится, у него не было. Наоборот, он хотел напиться до беспамятства, в заранее обречённой попытке забыть всё и не вспоминать этого более.
Дэн и Вал как всегда что-то затеяли, а Сурана помогла это организовать, Джорд Тебрил, что когда-то в Амхаре напился и стал похваляться тем, что служит вместе с Айданом, тоже прибился к этой ватаге. Весело вышло, благодаря Тебрилу Айдан и познакомился с Айзорой. «Стоило сказать ему спасибо или же надрать уши», подумал капрал, обнимая брата по легиону и оружию.
Спрятались они в уютной северной башне. Здесь, в этой комнате, что напоминала тайный шалаш ребятни, пахло вкусной выпечкой и крепкими напитками. Суране не пришлось уговаривать его надеть повязку и дождаться сюрприза. В башенной комнате было тепло и просторно. Тебрил и Дэн усадили Айдана на стол, на скамью. Послышалось громыхание тарелок и мисок. Дэн уже разливал спиртные напитки, по всей видимости, солдатскую самогонку от которой печень волком выть будет. Вал о чём-то шептался с Джордом. Вскоре подошла Сурана, и поставил на стол большой поднос. Девушка, хихикая, медленно сняла повязку, и перед глазами Айдана предстал торт. Торт из пряностей и печений.
Запах пряностей будоражил желудок и воображение. Весь стол был накрыт как на настоящий пир для небольшой компании. Свечи на торте, ровно двадцать одна свеча, а точнее, двадцать одна горящая щепка.
— С днём рождения! — воскликнула девушка, но потом увидела, как глаза Айдана наполняться слезами, а губы расплываются в широчайшей улыбке. Повисло тишина
— Да… не стоило…ребята — проговорил Айдан, всхлипывая и утирая слёзы, пытаясь не завопить от счастья. Уже сколько лет он не получал подобных подарков. Прямо здесь и сейчас он был готов расцеловать всех, кто был причастен к этому. Не проронив ни слова, Сурана бросила к нему и крепко обняла. Так же сделали Тебрил и Маилаулы, окружив Айдана со всех сторон. И здесь он не мог сдержать слёз. Вжимаясь в объятия лучших друзей.
— Я сама готовила — гордо заявила Сурана
— А мы самогон гнали — отозвались ребята
— Спасибо… спасибо — шептал Айдан, не в силах держать свои эмоции. Впятером они встали и подняли кружки с самогоном
— За тебя, Айдан Анкит. За тебя, дурень! — сказал Дэн, поднося кружку ко рту
— Спасибо, огромное спасибо, я бы в жизни не вспомнил. Я люблю вас, черти. Всем сердцем! За нас! — чокнувшись, они залпом опрокинули в себя самогон, чуть не подавишься от его крепкости, Дэн глухо смеялся, гаркая как чайка.
Сейчас, он был счастлив. Ему ничего не надо бы. Ни чего не нужно кроме тех, кто готов разделить радости, невзгоды и все прочие преграды судьбы. Невольно он вспомнил Сейну, которая, наверняка бы придумала, как его поздравить…