— Плохие девочки заслуживают наказания, верно? — спрашивает Адам.
Слёзы капают из моих глаз, но я киваю. Я в восторге от того, что он перестал бороться. Видеть, как он теряет контроль, чертовски сексуально.
Шлёп!
И снова он быстро успокаивает боль ладонью. Я становлюсь возбуждённой и нуждаюсь в большем количестве его прикосновений.
Шлёп!
Этот удар самый сильный, и я не могу сдержать рыданий, которые вырываются из меня. Он развязывает галстук вокруг моей головы и подтягивает меня к себе, чтобы я оседлала его. По моим щекам текут слёзы. Я в равной степени смущена и возбуждена. Адам бросает линейку на стол и обхватывает моё лицо руками. Я наклоняюсь, чтобы заглянуть в его серьёзные зелёные глаза. Я просто теряюсь в них. Его большие пальцы смахивают мои слёзы, и он нежно целует меня в губы.
— Эти губы мои, чтобы целовать, — бормочет директор, прижимаясь к ним. — Верно?
— Д… Да, — выдыхаю я.
Адам ухмыляется.
— Хорошая девочка.
Я расслабляюсь рядом с ним. Его член твёрд и напрягается под брюками. Не спрашивая разрешения, я трусь об него, снова ища удовольствия. Он издаёт глухое ворчание.
— Ты думаешь, что раз я назвал тебя хорошей девочкой, то теперь ты можешь кончить? — у него игривый голос.
Я улыбаюсь ему.
— Да.
— Ты слишком много на себя берёшь, — упрекает он, но в его голосе нет злобы. Он хватает меня за горло своей рукой и притягивает ближе. — Дай мне этот сексуальный ротик.
Я тихонько застонала, раскрывая губы. Он просовывает свой язык мне в рот, ища мой. В тот момент, когда наши языки соединяются, искры между нами взрываются в бушующем аду. Мои руки блуждают по Адаму, отчаянно желая коснуться его везде. Его руки становятся моим прекрасным наказанием, когда он хватает, щиплет и шлёпает любую голую плоть, за которую может ухватиться. Когда он оттягивает мои трусики в сторону, я издаю громкий стон.
— Элма, — рявкает он, не разжимая рук. — Тихо.
— Да, сэр.
Его член дёргается подо мной.
— Хорошая девочка.
Он отодвигает мои трусики в сторону и приподнимает бёдра, чтобы усилить мои ощущения. Я могу чувствовать каждую вену на его члене, когда двигаюсь.
— Посмотри, как, чёрт возьми, ты перепачкала мне брюки, — рычит Адам собственническим и голодным тоном.
Я смотрю между нами и наблюдаю, как моё возбуждение размазывается по его чёрным брюкам, делая совершенно очевидной, задумку Адама. Это только ещё больше заводит меня.
— Я хочу, чтобы ты был внутри меня, — умоляю я. Пальцами, языком, членом.
— Скоро, — обещает он. — Только не здесь. Я хочу, чтобы ты была дома, детка.
Я таю от его слов и продолжаю использовать его для собственного удовольствия. Когда мой оргазм приближается, я хватаюсь за его рубашку.
— Боже.
Рот Адама снова обрушивается на мой. Он почти до боли сжимает моё бедро, заставляя двигаться быстрее. Ощущения просто ошеломляющие. Я начинаю выходить из-под контроля. Когда звёзды танцуют вокруг меня, показывая, что мой оргазм приближается, я отпускаю его. Закрыв глаза, я откидываю голову назад и сильно кусаю губы, чтобы громко не застонать. Мой оргазм пронзает меня до тех пор, пока я не становлюсь слабой и не могу пошевелиться.
— Какой прекрасный беспорядок ты устроила, — говорит директор с гордостью в голосе. — Я собираюсь сделать тебя снова грязной позже, когда смогу очистить тебя своим языком.
Наши глаза встречаются, и я вижу столько обещаний в его взгляде.