– Вы опять сговариваетесь против меня, – обиженно проговорил он.
– Сейчас это вряд ли будет иметь какой-нибудь смысл, – сказал дед, обращаясь, видимо, к Малышу и Бабушке одновременно.
– Да уж конечно... – проворчала Бабушка.
– Да тут нет никакой тайны! – воскликнул Толстяк. – И к чему, не понимаю, городить огород? Слушай сюда, Малыш, – Толстяк плеснул еще кленового сиропу на оладьи и с заговорщическим видом подмигнул медвежонку. – Просто наш Колдун однажды...
– Прекрати, – сердито стукнул ложкой по столу Ворчун. – Еще одно слово – и ты проживешь остаток своей жизни совком для мусора.
– Ладно, – пожал плечами Толстяк. – Я просто думал, что раз мальчишка видел все своими глазами, то зачем продолжать играть в эти глупые игры?
Некоторое время за столом царило гробовое молчание.
Его нарушил Малыш:
– И все-таки я ровным счетом ничего не понял. Колдун прикончил свою порцию оладьев и сказал:
– А мы тебе пока что ничего и не пытались объяснить.
– Ладно уж...–подала голос Бабушка. – Толстяк, видимо, все-таки прав.
– Хорошо, – кивнул головой Колдун. – Дело в том, Малыш, что много-много лет назад у людей была очень долгая и тяжелая война с гоблинами.
– А при чем же здесь тогда медведи-гамми? – удивился Малыш.
– Мы были заинтересованной стороной... В конце концов, когда люди победили, гоблины были вынуждены скрываться в горе Ферри...
– Точно! – Малыш вспомнил речь Большого Гоблина. – Я об этом немного слышал прошлой ночью. Они с той поры и затаили страшную злобу на людей. Только гоблины называют их «человечки»...
– Слово «люди» считается у них бранным, – отметил Колдун и продолжил свой короткий рассказ.
– Сложилась очень неприятная ситуация: гоблины, с одной стороны, были побеждены и поклялись, что ни один человек не пострадает от их руки, а с другой – в деревнях пропадали дети, кто-то постоянно угонял скот и отравлял колодцы... Было ясно, как белый день, что это работа гоблинов. Люди могли бы спуститься в подземелье и перебить там всех оставшихся врагов, но даже при заведомо успешном исходе операция эта унесла бы не один десяток человеческих жизней. Война длилась больше сотни лет, и людям теперь очень не хотелось умирать... Тогда они через третьих лиц обратились за помощью ко мне и остальным медведям-гамми. Люди просили, чтобы мы их раз и навсегда избавили от опасности, исходящей от гоблинов...
– И что ты сделал тогда, дед?
– Я замуровал камнями все входы и выходы из подземелья. Решение, на первый взгляд, простое до идиотизма, но я тебе честно скажу, Малыш, что я не спал несколько ночей подряд прежде чем это решение принять.
– А что тут было думать? – удивился медвежонок. – Ты все сделал на редкость грамотно.
– Спасибо за похвалу, – хохотнул Колдун, – особенно учитывая то обстоятельство, что сейчас все чары и заклинания, которыми я запечатывал камни, уничтожены. Нет ничего вечного в этом мире... Ладно об этом. Короче, я высчитал, Малыш, что гоблины, если их отрезать от внешнего мира, смогут без особого труда выжить даже в тяжелых условиях подземелья. В подземных реках полно пресной воды и рыбы; кроме того, я узнал, что существует немало видов грибов, которые растут под землей, и даже два или три вида ягод!
– Бо-о-ольшой выбор, – передернул плечами Толстяк. – Я на такой диете уже через сутки откинул бы копыта.
– Если бы гоблины были такими, как ты, Толстяк, все королевство Дамиана давно жило бы в пещерах... Хотя в чем-то он все-таки прав, Малыш. Я взял на себя очень большую ответственность. Может, мне и не стоило этого делать.
– Так ты замуровал их? – почти шепотом спросил медвежонок.
– Да. Теперь гоблины горят желанием отомстить людям. Если кто-то из людей пострадает от этого, часть вины будет лежать и на мне.
– А гоблины знают что-нибудь о медведях-гамми? – поинтересовался Малыш.
– Знали в свое время, но теперь – вряд ли. Слишком давно это было. А гоблины не живут так долго, как мы.
– Хорошо, – вдруг вступила в разговор Солнышко. – А как же они смогут отомстить людям? Разве они научились делать металлическое оружие?
– Я видел у них лопаты, кирки и ломы, – вспомнил медвежонок.
– Вряд ли они сами их изготовили, – поморщился Колдун. – Из рассказа Малыша я понял, что гоблины как не умели толково работать, так и не научились. А инструменты кто-то, видимо, доставляет сверху, с земли... Наверное, тот самый граф де Кикс, которого медвежонок видел на Верховном Совете.