— Тогда чьего же?
— Но я же сказала вам, мэтр. Вашего.
В течение нескольких секунд ему явно хочется вежливо, но решительно послать меня к черту; но тут же (как, впрочем, всегда) в нем берет верх опасение повредить жене и еще мысль, как бы не подумали, что он что-то скрывает.
И почти тотчас — улыбается. А ведь правда — лицо суровое, временами настороженное, а улыбка очень мягкая.
— Ну что ж, раз вы полагаете… Хотя, право, я не совсем понимаю… Но все же, доктор, я надеюсь, это займет не много времени?
— Час, не больше, раз в неделю.
— Раз в неделю? Но, доктор, у меня очень мало свободного времени…
— Вы занятой человек, мэтр, я тоже, все мы очень заняты. Но речь идет о здоровье Марилизы.
— Но я не пойму, о чем я должен вам рассказать. Моя жизнь — это моя работа. В остальном в ней нет ничего необычного.
— Еще бы. (Усмехается.) Это утверждают все. Итак, начнем?
Вздрогнул. Вытаращил глаза.
— Как? Сразу? С места в карьер?
— А почему бы и нет?
— Не знаю… Мне надо как-то подготовиться…
— Да ведь готовиться не к чему! Я не Великий Инквизитор! Повторяю: мы просто будем болтать, без заранее обдуманного плана. Вы расскажете только то, что вам захочется. То, что вам придет в голову, просто так, не принуждая себя…
— Но мне ничего не приходит в голову! Скажите по крайней мере, что вы хотите знать.
— Сама не знаю. Давайте для начала придерживаться хронологии. Так проще. Начнем с детства. У вас были братья, сестры?
— Нет. Только двоюродный брат. Больше никого.
— Он жил вместе в вами?
— Мой отец взял его к нам двухлетним ребенком, когда умерла его мать. Его собственный отец, брат моей матери, был капитаном дальнего плавания и, конечно, не мог сам воспитывать мальчика.
— Как его звали?
— Двоюродного брата? Реми Провен. Внук…
— Ах да!
— Простите, что вы сказали?
— Да нет, ничего. Я знаю — внук министра. И вы часто встречаетесь с ним?
— Нет. Мы в натянутых отношениях. Но откуда вы знаете?
— Это несущественно. А почему вы в натянутых отношениях?
Лицо его вдруг замкнулось. В голосе лед.
— Доктор, мы понапрасну теряем время. Здоровье моей жены не имеет никакого отношения к этой ссоре.
— Этого мы с вами не знаем, мэтр. Вам неприятно затрагивать эту тему, не так ли?