— Долгая история, — отвечает со вздохом, сглатывая. Паркер совершенно неосознанно кладёт ей ладонь на плече:
— У нас достаточно времени, — пытается улыбнуться, но тут же слышит горький ответ:
— Поверь мне, ты навряд ли что-либо поймёшь, — Хейли нервно усмехается, проводя ладонью по собственной щеке. Питер тем временем вновь заговаривает:
— И всё же…
— Подкинь меня вон в то кафе, — она говорит это как-то слишком резко, и кидает на него один короткий взгляд, но такой пронзительный, что заставляет Паучка вздрогнуть. — Пожалуйста, — продолжает она из любезности чуть мягче.
— Я всегда тут, на улицах Куинса, — Паркер внезапно находит в себе смелость сказать кое-что другое. — Или иногда на базе — я видел тебя мельком, кажется…
— Возможно, — Хейли всё равно стоит на своём, стряхивая его ладонь. Питер поджимает губы, но не издаёт ни звука. — Подбрось меня, пожалуйста, — просит она вновь. Паучок всё же упорно продолжает:
— Я имел в виду, ты можешь всегда…
— Поговорить с тобой? — Уильямс тут же обрывает его, заглянув прямо в глаза. Он замирает, не в силах оторваться от столь откровенного взгляда. — Могу. Может быть. А теперь подбрось меня, Паучок, — говорит приказным тоном, что не может иметь отказа в ответ.
Паркер хмурится, но всё же делает именно так, как она просит, а сам затем остаётся сидеть в одиночестве на холодной крыше, размышляя, что он сделал не так.
Потому что подавленность Хейли автоматом передаётся к нему, вынуждая думать, думать и думать.
Может, это он виноват в её сегодняшнем состоянии?
***
Хейли хватает Скай за ладонь, глядя в испуганные глаза девушки напротив.
Она ведь всего лишь подросток. Почему она так стремится помогать команде? Это они старше, это они должны наставлять её.
Но это никак не касается Скай. Она всегда делает так, чтобы Хейли была наравне с ней, и пусть Симмонс и Фитц, которые по складу ума чуть больше подходят подростку, точно так же ищут контакт, никто не сможет это сделать так хорошо, как делает Скай.
— Что случилось?
— Всего лишь взрыв и моя ошибка. Нам надо поговорить.
Ну ещё бы — у Хейли большой синяк на скуле и бросающаяся в глаза царапина на правой руке.
— Как ты? — спрашивает девушка, опираясь на стол. Они переместились в комнату Уильямс. Хейли устало присаживается на кровать — голова до сих пор гудит.
— Коулсон накричал за неосторожность. Мэй как обычно не разговаривает, но её взгляд жёстче обычного, — Скай тихо смеётся, но тут же прекращает, замечая, как Хейли ещё сильнее опускает голову вниз и едва-едва краснеет. — Уорд как обычно, ты же знаешь…
— Знаю. Хмуро смотрит исподлобья и пытается испугать своей грозностью, — девушка подходит к Хейли, кладя руку на плече подростка. Она поднимает удивлённые глаза на Скай:
— И ты не зла на меня за мою же ошибку?
— Как на тебя можно злиться? Ты же просто нарушила приказ Коулсона, втихаря пробралась на вражескую базу и к чёрту взорвала очень опасное вещество, чуть не погибнув, — это должно быть утешающей фразой, но Хейли морщится:
— Честно говоря, это звучало будто я самый худший агент, — она подтягивает подушку ближе к себе и обнимает её, пялясь на пол под ногами. Скай устало произносит, присаживаясь рядом с ней:
— Все совершают ошибки, — она проводит ладонью по спине Хейли. — Даже мы. Даже ты — тебе это, в конце концов, можно, — подросток резко поворачивается к девушке, выгибая брови. — Ага, вытвори я или Фитц или Симмонс что-то такого плана, Коулсон бы просто выгнал нас с корабля. А тебя он просто осудил, вогнал в краску и посадил под самолётный арест на месяц, хотя уже примерно через две недели он перестанет париться из-за этого.
— Это ужасно, — вздыхает Хейли, чувствуя укол совести где-то в затылке. Скай смеётся:
— Это супер — у тебя самое выгодное положение на корабле. Ты ведь наша любимица.
Она тепло обнимает Хейли, пока та так и продолжает смотреть на тёмно-синий пол.
Они любят её. Они — её семья.