После этого Филлип почему-то стал появляться реже и выглядел чуть более уставшим. Ничего вроде бы не изменилось, но Коулсон словно постарел на пару лет и иногда уходил чуть пораньше по делам. Он правда работал — Хейли это видела, да ещё и порой не спал ночами, отчего под глазами залегли тёмные круги.
Но он приходил, общался и наставлял. Останавливал плохие мысли и помогал понимать, что всё в порядке.
Ей установили телевизор и это порой неимоверно скрашивало время. Анализы брали раз в неделю, у неё теперь был календарь.
Коулсон был для Хейли чем-то вроде отца или старшего брата, что улыбался и помогал в любом случае. Они даже, бывало, ходили и гуляли по базе, пусть и под косыми взглядами.
Когда ей стукнуло одиннадцать, он уговорил Фьюри позволить ему взять Хейли наружу.
Она тогда прыгала от радости пару минут, а потом побывала в Чикаго. Фил купил ей самое вкусное мороженое и накормил пиццей, сводил в парк аттракционов, от которого она была в восторге, и ещё в музей естествознания.
Когда они вернулись на базу, Хейли горько усмехнулась и тихо прошептала:
— Это, наверное, был самый лучший день в моей жизни.
Однажды Фил не появлялся целый месяц. Она начала волноваться, поэтому заставила себя спросить у лаборантки, куда он делся, а та резко ответила, что на миссии.
Миссия закончилась через два месяца после начала.
Коулсон тогда очень долго извинялся за своё отсутствие и принёс сувенир — фигурки Мстителей, а также поделился своими коллекционными карточками.
Хейли совсем не обиделась на него.
***
Филлип Коулсон долго думал перед тем, как отвести девочку в тренировочный зал. Она тогда долго удивлялась и улыбалась, глядя по сторонам, потому что везде было какое-то оружие и тренировочные маты.
— Что мы будем делать? — спросила Хейли тогда с интересом, заметив серьёзную азиатку неподалёку.
Фил мнимо усмехнулся и тогда познакомил девочку с Мелиндой Мэй, что затем учила её самообороне. Коулсон тихо наблюдал, улыбаясь и чувствуя, что это точно пригодится ей в будущем.
Он хотел, чтобы Хейли была готова ко всему и могла за себя постоять.
Месяц спустя он научил её стрелять из пистолета и винтовки. С каждым разом получалось всё лучше и лучше, да и похоже Хейли стрельба нравилась больше, чем рукопашный бой, после которого зачастую оставались синяки.
Мэй иногда уезжала на задания, из-за чего занятия отменялись. Она никому не говорила, но была очень рада этому. Нет, Мелинда была ей по душе, но всё же единоборства — не её конёк, уж слишком хрупкое тело.
***
Коулсон однажды приводит её куда-то в большой зал и указывает на старый хлам, что сложен в середине.
— Сосредоточься и попытайся заставить его исчезнуть.
— Каким образом? Как я могу это сделать? Я же просто человек.
Фил горько усмехается.
Провал в памяти сбивает хронологию, и точно невозможно понять, что происходит — потому что вся комната определённо дрожит.
***
Так он и стал её практически единственным другом, родителем и наставником.
Двенадцатый День Рождения они праздновали на берегу океана и смотрели на звёзды. Фил тогда вновь извинялся, что ему придётся уехать на долгое время, а Хейли сказала, что дождётся его в любом случае и порывисто обняла.
Она совсем не волновалась, поэтому, услышав о нападении Читаури на Нью-Йорк, очень испугалась и откинула все свои дела, потому что была точно уверена, что Щ.И.Т. также, как и Мстители, в этом участвует.
В один день в комнату к ней пришёл Фьюри с печальным лицом.