- Господин барон... - капитан направил фонарик на фон Брауна. - А вы чего застыли, как столб? Или у вас тоже приступ?
- Приступ? - повторил тот. - Нет... Я не боюсь закрытых помещений. Но по-прежнему пребываю в некотором недоумении. И жду, когда кто-то захочет ответить на мои вопросы.
- В любом случае в ногах правды нет... - Митрохин помог немцу снять ранец и жестом предложил садиться. - Спрашивайте?
- Данке... - фон Браун сел на ранец, посмотрел на капитана и подвинулся. - Двоих выдержит?
- Не проверишь - не узнаешь, - философски ответил Митрохин и примостился на свободной части. Ранец заскрипел, но не развалился. - Пока держит...
Увидев это, Адель последовала примеру барона, освобождая место для меня. Я не стал отказываться. Тем более, что мне по прежнему приходилось поддерживать девушку, а сидя рядом и приобняв за плечи это делать намного удобнее. Но, сперва надо было все же с завалом разобраться.
Я взял фонарик у Адель и подошел ближе. Судя по внешнему виду почвы, здесь перекрытие рухнуло гораздо раньше. Земля успела слежаться. Поковырял завал носком сапога, мягко.
- М-да... Знал бы прикуп, жил бы в Сочи. Почва рыхлая, но без лопат даже пытаться не имеет смысла. Проще выждать пару суток, пока снаружи все угомониться, и выйти тем же путем, которым вошли.
- Не торопись с выводами, 'Леший', - абсолютно спокойно ответил Митрохин. - Я не первый год воюю вместе с Гаркушей. И точно знаю, старшина никогда не будет сидеть и ждать сложа руки. Зуб даю, он уже обследовал выход, обнаружил завал, и парни во всю роют проход. А общее состояние туннеля позволяет надеяться, что обрушение свода локальное.
- Зачем бежать, если можно идти? Зачем идти, если можно посидеть?
- Разумно... - согласился Митрохин. - А чтобы не терять зря время, предлагаю подкрепиться. Чем господин Папке послал. Господин барон... На минуточку.
Ловко и быстро, сказывался фронтовой опыт, капитан накрыл весьма приличную 'поляну'. Вилок и ножей не имелось, вместо тарелок использовался хлеб, освещали трапезу не хрустальные люстры, а два карманных фонарика и одна 'летучая мышь', а в остальном мы получили возможность попробовать самое вкусное из тех блюд, которые так и не попали на банкет. Хозяйственный Митрохин прихватил увесистый кусок запеченного мяса, половинку сырной головы, кусок ветчины, круг сырокопченой колбасы и даже какой-то невероятно вкусно пахнущий паштет. Все это он шинковал крупными ломтями и раскладывал по нарезанным кускам хлеба.
Потом, из того портфеля, что я тащил, на свет появилась пузатая бутылка французского коньяка.
- Посуды, увы нет. Но, как говорится, кто знает беду, тот колбасу без хлеба ест и маслом намазывает. Битте... - Митрохин протянул бутылку Адель.
Девушка не стала кокетничать, отхлебнула прямо из горлышка.
- Данке...
- Не за что... Уплочено... - пробормотал тот.
Я думал фон Браун, как и полагается аристократу, откажется. Но ошибся. Барон так приложился, что пришлось отбирать.
- Ну, за победу! - провозгласил тост капитан и сделал солидный глоток.
- За победу... - я принял бутылку и тоже отпил. Ммм... Хороший коньяк. Совсем не то пойло, которым у нас торгуют на каждом шагу, а разливают в соседних домах.
Некоторое время молча работали челюстями. На отсутствие аппетита никто не жаловался.
- Альзо... О диверсии и о гестапо я уже все понял, - первым затеял разговор фон Браун, после того, как бутылку еще раз пустили по кругу. - И о том, что оставаться в Германии нельзя - тоже. Но, я все еще не понимаю, кто вы такие, и куда именно предлагаете мне отправиться. В Англию?
- А вы действительно хотели бы там оказаться? - поинтересовался я. - Не напомните сколько ваших изделий долетело до Лондона? Ну, если забыли, уверен - англичане ведут более жесткий учет. Готовы уплатить по счетам?
- Я не запускаю ракеты. Я только инженер... изобретатель... - отвел взгляд немец. - Спрашивать надо с тех, кто отдает приказы.
- Спросят, не беспокойтесь... - пообещал Митрохин. - Дайте срок. С каждого спросят. И каждый ответит.
- Вы о Страшном Суде?
- Нет, - проворчал Митрохин. - Таких полномочий мне Господь не давал. Я говорю от имени родных и близких тех, кого фашисты убили.
- Я не наци! - воскликнул фон Браун. - И никогда не разделял взглядов Гитлера. Но, кого интересует мое мнение? Я хотел заниматься наукой и строить ракеты. Почему вы мне не верите?
- Ну, хотя бы потому, что всего лишь полчаса тому очередное ваше изделие, чуть не полетело в Америку. И хоть вы передали право запуска другому, за подготовкой к старту следили лично.
- Следил... Конечно следил... Вы сами недавно упоминали методы гестапо... Знаете, скольких помощников я потерял за эти годы? Каждый неудачный старт сопровождался тем, что из лаборатории исчезали люди. Мои знакомые, друзья, товарищи...