Спасибо девочкам из группы ВК **Айнави | sindromdyshi | Жаклин Максвелл** за красоту: https://pp.userapi.com/c846216/v846216527/19de0b/xqEw76mfglc.jpg
Коллаж от **Tea Dragon**:
https://pp.userapi.com/c844721/v844721438/1c7449/ez2mK9HgaT0.jpg
Потрясающее стихотворение от **Роудж**:
https://ficbook.net/readfic/7980635/20261121#part_content
Несравненная зарисовка от **Окно на восток** о Павле Дорохове: https://ficbook.net/readfic/7711848/23556256#part_content
Душеспасительные зарисовки о Павле Дорохове от **Langsuir**: https://ficbook.net/readfic/8904496 и о Альфреде Дрелихе (читать после знакомства с аркой «Вересковый мир»): https://ficbook.net/readfic/9009971/25390844#part_content
И история о Тайге глазами Лешего: https://ficbook.net/readfic/8838954/22624215#part_content
========== Супруги ==========
― Мы поссорились. ― Высокая красивая девушка, не отрываясь, смотрела на можжевельник, тлеющий в металлической чаше. Тонкие завитки дыма, едва заметного в полумраке комнаты, вились вокруг обесцвеченных волос. ― А потом произошло ДТП. Мой муж погиб, а я… я не успела с ним попрощаться. И извиниться. ― Её голос дрогнул. Анна подумала, что за время работы в Бюро в качестве помощницы Альфреда Дрелиха она впервые слышала в голосе клиента такую обречённость и неподдельное страдание.
― Я очень соболезную вашей утрате, ― Альфред говорил негромко, постукивая длинными пальцами с крупными кольцами по столу. Пламя свечей заставляло камни тускло поблёскивать. ― Так вы хотите поговорить с мужем, Ульяна? ― Получив утвердительный кивок от бледной, словно она сама была мертвецом, клиентки, Альфред обернулся к жене: ― Аннет, дорогая, ― он едва заметно улыбнулся, ― подай, пожалуйста, сухую мирру.
― Стебли или цветы?
― Всё.
Она легко поднялась с кресла, в котором сидела и наблюдала за тем, как муж общается с клиентами. С кем-то Альфред говорил сухо, с кем-то, как с молодой вдовой, почти ласково. Прошла до высокого шкафа и, порывшись в одном из множества ящиков, достала три холщовых мешочка. Каждый ящик запирался на маленький ключик, связку которых Анна носила с собой.
Альфред, кивком поблагодарив жену, ловко развязал хитро сплетённые узлы тесёмок и высыпал на металлический поднос немного содержимого каждого из трёх мешочков.
Тёмно-зелёные стебли с острыми, словно иглы, колючками легли на стол, а сухие цветки, не потерявшие насыщенного кроваво-красного цвета, с тихим шуршанием опустились сверху. При виде цветков клиентка вздрогнула: Анна даже не хотела думать, что ей напоминает сухая мирра.
Альфред, не отрывая сосредоточенного взгляда от сбора, чиркнул спичкой. Пламя с тихим шипением взметнулось, а Ульяна неровно вздохнула.
Альфред поднёс спичку к вороху цветков и стеблей. Сухой сбор занялся, и Альфред, подув, загасил огонь, заставив стебли мирры едва заметно тлеть. Цветки же сгорели за мгновение.
Комната медленно наполнялась горько-дымным бальзамическим запахом, который, смешиваясь с можжевельником, почти перебил его.
― Расслабьтесь. ― Голос Альфреда, казалось, звучал издалека. Анне всегда нравилось наблюдать, как работает муж, хотя он считал подобное не более чем игрой. ― У вас есть с собой вещь, которая принадлежала мужу? Может быть, фотография? Лучше, где он отдельно.
― Конечно. ― Ульяна была бледна, но даже не заикалась. Порывшись в сумочке, она извлекла оттуда фотографию и протянула Альфреду. Анна видела, как подрагивали её пальцы.
― Как звали вашего мужа? ― Альфред положил фотографию перед собой, и дым тлеющей мирры тут же обволок снимок странным прозрачно-серым облаком.
Началось, одними губами прошептала Анна. Она видела такое нередко, но действия мужа всякий раз завораживали.
― Вениамин. Вениамин Дружинин, ― Ульяна произнесла это легко, но Анна видела, как часто бьётся жилка на её шее.
Альфред ничего не ответил, только перевернул кольцо с блестящим чёрным морионом¹ и начал неспешно, нараспев, читать заклинание. Он всегда произносил положенные слова вслух: невысказанное заклятие не имеет силы.
Латынь. Анна сразу её узнала. Муж в совершенстве владел всеми странными диалектами, имевшими хоть каплю отношения к ремеслу семьи, но верен оставался латыни.
Ульяна побледнела сильней, хотя, казалось, уже некуда. Пересохшие губы приоткрылись, а серо-зелёные глаза лихорадочно блестели на неживом, словно восковая маска, лице. Альфред добился, чего хотел: клиентка полностью поверила в то, что общение с призраками возможно. А вера ― это половина дела. Самому Альфреду уверенности было не занимать.
Альфред продолжал читать заклинание, а глаза Ульяны раскрывались всё больше. Вдруг морион, развёрнутый к фотографии покойного господина Дружинина, озарился огнём, шедшим из самых глубин камня Плутона. Дым, курившийся над тлеющими стеблями мирры, на мгновение окрасился в кроваво-красный. Завернувшись в подобие призрачной спирали, он потянулся к камню и исчез в полыхавших всё ярче недрах.
― Я здесь, ― слова сорвались с губ Альфреда, но голос был не его, и Анна знала, что он не играет роли, примеряя маски: Вениамин спустился из нижних слоёв верхнего мира поговорить и попрощаться. ― Что ты мне скажешь?
― Веня, ― глаза Ульяны горели внутренним светом, который заслонял даже свечение, шедшее из тёмных глубин мёртвого камня, ― Веня, прости.