– Мне не стоило приходить, но я больше не могу ждать.
– Это тоже убивало меня, – ответил Джульен, его ладони проникли под ее рубашку. Он расстегнул бюстгальтер и еще крепче притянул ее к себе.
В темноте она едва поняла, в какой комнате они находились, но это казалось большим кабинетом или маленькой библиотекой. Неважно. Они были одни, и это все, что ее волновало.
Джульен задрал ее юбку до живота. Кровь пульсировала в ней. Ее бедра ощущались напряженными, и живот сжался в узел, пока ладонь Джульена проникала под ее белье.
Он нащупал клитор пальцами и потер налитый узелок, пока она не впилась зубами в его плечо, чтобы подавить стон. Ее ногти вонзились в его спину, всей силой цепляясь за него. Она сильно задрожала в его руках, когда два пальца проникло в нее. И, учитывая, насколько влажной она была, пальцы проникли без проблем.
– Я не дойду до своей комнаты, – прохрипел Джульен ей на ухо.
– Тогда давай здесь.
Джульен был фантастически хорош в выполнении приказов – одно хорошее качество среди множества. Он стянул ее трусики по ногам и развернул спиной к себе. Во время их ночей в его парижской квартире, она делала все, чтобы помочь ему наверстать утраченное время во время болезни. Он позволяла ему пробовать любые сексуальные позы, которые он хотел. Быстро они выявили вместе, что Джульену нравится проникать в нее сзади. И ей тоже нравилось, но в данный момент она так сильно хотела его, что даже привязала бы их обоих к крыше движущейся машины, если бы это был единственных выбор.
– Что если родители снова нас обнаружат? – подразнила она. Она услышала, как Джульен позади нее расстегивает джинсы.
– Я запер дверь кабинета.
– Что если они вломятся?
– Тогда скажу подождать своей очереди.
Он снова задрал ее юбку и проник в нее двумя пальцами. Реми изогнулась и прислонилась к стене, пока он раскрывал ее. Позади нее Джульен направил себя в ее лоно. Она толкнулась навстречу и ощутила, как головка члена упирается в точку G. Реми ахнула от чистого облегчения, снова ощутив Джульена внутри. Она прогнулась в спине еще больше, чтобы принять всю его длину. Он погрузился полностью и начал двигаться. Именно этого она и хотела.
– Я не могу насытиться тобой, – прошептал Джульен и вытащил член до головки и снова вонзился в нее. Она заставила себя молчать, пока он опустошал и наполнял ее с каждым толчком. Его руки проникли под рубашку и обхватили ее грудь. Все, что могла делать Реми, это крепко держаться за стену, пока Джульен вколачивался в нее снова и снова, звуки ее влаги и его рваного дыхания сопровождали каждое его движение.
Ее оргазм нарастал, и она жестко кончила, внутренние мышцы трепетали и крепко сжимались вокруг проникающей длины Джульена.
Она обмякла в его руках, и он вышел из нее. Он развернул ее к себе лицом, и она обняла его за шею. Он снова поцеловал ее, проникая языков в ее рот. Он ее нес, не разрывая поцелуя. Она не знала, и ей было все равно, куда он ее вел, пока ее обнимают.
Что-то уперлось в ее ноги, и Джульен опустил ее на кожаную софу. Парень задрал рубашку, обнажая ее грудь, и грубо всосал сосок. Он еще не кончил, и она хотела этого, нуждалась в этом. Шесть прекрасных ночей она засыпала с его семенем внутри и на себе, привилегия, которую не предоставлялась ни одному мужчине. Они не использовали презервативы, потому что он был девственником и бесплодным. Она поняла, как только увидела его, что хотела дать ему все, что было, и ничего от него не таить.
Джульен оставил дорожку поцелуев на ее животе.
– Джульен...
– Я должен попробовать тебя, – ответил он. Он держал ее за тыльную сторону бедер, и Реми покорно развела ноги. Если он должен был, то делал это. Кто она такая чтобы спорить?
Он лизнул лепестки ее киски от основания до вершины и вниз. Кожаный диван скрипел под ними, пока он пировал над нею глубокими и голодными поцелуями. Его язык проник в нее, а затем сосредоточился только на клиторе. Он облизывал нежно, жадно сосал и массировал его, пока Реми не кончила, еще сильнее в этот раз. Ее бедра приподнялись над софой, и она кончила в мертвой тишине, каждая ее частичка вибрировала от удовольствия.
Она рухнула в оцепенении. Джульен расположился между ее бедер снова и проник быстро и жестко. Он обезумел над нею, трахая ее так, словно умрет, если остановится. Истощенная и иссушенная она ничего не могла делать, кроме как лежать под ним и принимать каждый его грубый и голодный толчок. Она смотрела на его лицо, изучала его красоту. Его глаза был закрыты, чтобы лучше сосредоточиться на собственном удовольствии, а темные ресницы трепетали на щеках. Его лицо раскраснелось от удовольствия, а кожа стала розовой. Тихие вздохи слетали с его слегка приоткрытых губ, а непослушные темно-рыжие волосы ниспадали на лоб. Он сказал ей, что отрастил волосы как можно скорее на победном этапе, после того как лейкемия отняли их у него. Она пообещала, что никогда не заставит его отрезать их, пока она жива, или если он того не захочет.
Протянув руку, Реми смахнула прядь с его лба и нежно провела тыльной стороной ладони по его щеке. Его глаза распахнулись, и он уставился на нее. Он навалился на нее и, не отрывая взгляда, излился в нее.
Она улыбнулась, когда последняя волна их безумия утихла.
– Я люблю тебя, – прошептал он. – Мне все кажется, что я достигну дна того, что чувствую к тебе. И когда достигаю, обнаруживаю, что низ – это просто крышка, я открываю крышку, а там еще больше любви внутри. Это было глупо? Не могу сказать, глупо или поэтично?
– Это идеально. Я испытываю тоже самое, – ответила она, обнимая его. Девушка чувствовала собственной грудью, как безумно бьется его сердце
– Думаю, это хорошо, – сказал он. – Полагаю. – Он усмехнулся, и смех потряс его тело и ее.
– Именно, – согласилась она. – Меррик безумен. Его план безумен.
– Но он сработает, верно? – спросил Джульен.
– Мы заставим его сработать.