— Похоже, мой предшественник был большой любитель спорта и чистого искусства, — бормочу я.
— Это кабинет не вашего предшественника, а атташе по печати Адамса. Но позавчера Адамс заявил, что если его не переведут в другую комнату, у него начнётся депрессия. И шеф предложил ему кабинет, который предназначался вам.
— Отлично, — киваю я. — Видимо, капризы вашего Адамса здесь — закон.
— Он не мой, — рычит Бенет. — Он любимец посла. Любимец шефа и судьбы.
— Даже судьбы?
— А вы не догадываетесь: универсальные магазины «Адамс». «Кто одевается у Адамса, тот не гонится за модой, а идёт в ногу с ней» и что-то ещё в том же роде.
— Что ещё? Двести миллионов годового дохода.
— Если не больше…
— Я вам не помешаю? — раздаётся за моей спиной приятный женский голос.
В комнату, негромко постучав, вошла молодая или почти молодая женщина многообещающей наружности. Это, вероятно, моя секретарша Мэри.
— Не помешаете, однако вы очень назойливы, — раздражается Бенет. — Эта ваша привычка появляться неожиданно…
— Но я же постучалась, прежде чем войти, — холодно возражает Мэри.
— О, да, вы всегда стучитесь, но делаете это так, что кажется, будто вы сначала входите, а потом стучитесь.
— Внизу уже пришло несколько человек за визами, — сообщает секретарша Бенету всё так же холодно, не обращая внимания на его ворчание. — А вас ждёт посол, — добавляет она, обращаясь уже ко мне.
— Ступайте, Бенет, потом побеседуем, — говорю я своему хмурому помощнику.
Он уходит, Мэри остаётся.
— Я должна была бы сначала вам представиться, — спохватывается она. — Извините, но этот Бенет так действует мне на нервы, что я просто теряюсь… Я Мэри Ли, ваша секретарша, по крайней мере, пока вы не захотите найти себе другую.
— У меня нет подобных намерений, — успокаиваю её я. — И представляться излишне. Я думаю, что всё о вас уже знаю.
— Это звучит почти угрожающе.
— Наоборот. Отзывы о вас только положительные. Мой предшественник просто слов не находил, расхваливая ваше трудолюбие и… вашу отзывчивость.
— Какое нахальство!
— Почему нахальство? — добродушно возражаю я. — Просто болтовня. Есть люди, которые, знаете ли, любят делиться своими переживаниями.
— Вы тоже из их числа?
— Нет, я из совсем другой категории. Но какое это имеет значение? Неужели вас волнует, что о вас говорят?
— Не очень. А вас?
— Меня — абсолютно не волнует.
— Даже то, о чём говорят сейчас?
— Что именно?
— Ну! Сплетен так много, что я не могу сразу все пересказать. Если хотите услышать полный отчёт, то могу его сделать сегодня вечером у советника.
— Почему именно у советника?