— Спасибо, рассчитаемся потом, — кивнул головой Савва и остановил направившуюся к дверям Вареньку. — Сиди, занимайся, ты нам не помешаешь. Моя племянница, — снова повернулся он к Кудряшу. — В восьмом, брат, классе. Зубрит весь день. А как иначе? От других отстать не хочется. — Он улыбнулся, предложил гостю папиросу и спросил: — Куда теперь?
— Не знаю, — не понимая своего начальника, пожал плечами Георгий.
— Ну, гуляй, — Савва протянул было руку, но задержал ее. — Хотя постой. — Он повернулся к девушке. — Оденься и пройдись. Хватит тебе сегодня науками заниматься.
Варенька растерялась.
— Я?
— Он подождет тебя на лестнице, — сказал Савва, выходя следом за гостем из комнаты, и предупредил: — Но ты тут недолго копайся.
Варенька шла по тротуару, как всегда в выходной день заполненному толпой принаряженных горожан, мимо больших, красиво оформленных витрин магазинов и с трудом верила, что это не сон. Постоянно занятая домашними делами, она не помнила, когда последний раз гуляла по городу. Да и было ли это? Она всегда спешила в магазин, в школу. И вот она вдруг идет в красивом, нарядном платье. Было чему дивиться.
Кудряш попытался взять свою спутницу под руку, но она стыдливо отстранилась. Молодой человек не стал настаивать. Только губы его насмешливо дрогнули: дескать, торопиться некуда, успеется.
К обеду она была уже дома.
— Барыня какая выискалась, приготовь, накорми, — шипела Капитолина Николаевна, но выступить против мужа не решалась.
— Хочется, чтобы девочка среднюю школу хорошо закончила, — объяснил Савва соседям перемену в отношениях к Вареньке. — К труду она привыкла, а тут всего два года остается.
На словах будто все выходило гладко, однако не верила ему Елизавета Васильевна.
В следующее воскресенье после обеда Кудряш принес отпечатанные листы рукописи и опять, с разрешения Саввы, увел Вареньку гулять.
Возле ресторана он остановил девушку.
— Зайдем?
Варенька испуганно тряхнула головой. Она никогда в ресторане не была и боялась его.
Кудряш безразлично повел плечом. Всему свое время.
Проходя через сквер, они задержались возле площадки, где энергично трудились малыши, создавая из песка дома и торты.
Рядом, сидя на скамье и катая перед собой взад и вперед крытую голубую коляску, хвастливо шамкала беззубым ртом старушка:
— А у нас уже зубки прорезались!
— А мы уже папку узнаем! — покачивая розовую коляску, восторгалась молодая, пышная мамаша.
Девушка посмотрела на них, улыбнулась и нехотя пошла дальше.
Когда кончились занятия в школе, Кудряш начал заходить за Варенькой чаще, преимущественно по вечерам. Девушка уже привыкла к молодому человеку, ждала его прихода и не отстранялась, когда он брал ее под руку.
Однажды он подвел ее к танцевальной площадке.
— Потанцуем?
— Я не умею, — конфузливо призналась она.
— А научиться хочешь?
— Очень.
Он увел ее в глухую аллею сада, где не было гуляющих, но куда явственно доносились звуки оркестра, и, готовясь к танцу, положил свою руку на талию девушки. Она чуть вздрогнула и, чтобы скрыть смущение, слегка откашлялась.
— Правой, левой, — все теснее прижимая к себе девушку, командовал Кудряш. — Поворот.