— А я вовремя не догадалась, — призналась Елизавета Васильевна. — Вижу, девочка в школу ходит, ну и ладно. Конечно, с теткой ей нелегко, знаю, но так мать распорядилась.
— Я пробовала писать Екатерине Ивановне, но ответа не получила.
— Я тоже ей писала. А толк какой? Она мои письма Капитолине переслала, та надулась на меня, с месяц не разговаривали. Вот и все.
— Это хорошо, что вы девочку приветили.
— Да мне и самой веселее с ней, — призналась Елизавета Васильевна…
Электрическая лампочка под матовым абажуром мягко освещает комнату.
Только изредка заглядывая в книгу, Варенька читает стихи:
За окном шумит дождь, злится осенний ветер. Елизавета Васильевна прислушивается к ветру, дождю, к Вареньке и в это же время думает о своих сыновьях, в уме перебирает строки их писем. И причин будто нет, а материнское сердце тревожится.
Из коридора вдруг доносится шум.
Елизавета Васильевна встает с дивана и выглядывает за дверь.
Там Капитолина Николаевна провожает пьяного Левкоева.
— Елизавета Васильевна, золотко, мы тихо, — хихикает она.
— Ш-ш! — Левкоев прикладывает палец к губам и, довольный собой, смеется.
Елизавета Васильевна сердито закрывает дверь…
— Бабушка, а правда, что от меня мама отказалась? — спросила как-то Варенька.
— Кто же от родного дитя отказывается? — возразила Елизавета Васильевна. — К тому ж у тебя, окромя матери, отец есть.
— Папа? А где он живет?
— Вот этого я не знаю.
— Поехать бы к нему, — мечтательно вздохнула девочка и нерешительно спросила: — Ты как думаешь, бабушка, он бы от меня не отказался?
— С чего б это? — Делая удивленное, лицо, Елизавета Васильевна дернула правым плечом и для пущей убедительности добавила: — Отец обрадовался бы, увидев тебя.
— Правда? — зарделась Варенька.
В эту ночь ей снился чудесный сон. Она снова была в пионерском лагере и собирала цветы на лужайке, но не для бабушки, как раньше, а для папы. Его Варенька не видела, однако знала, что он где-то совсем рядом. Достаточно было оглянуться, чтобы его увидеть. Но девочка не оглядывалась, этого требовало условие новой, очень интересной игры, которую она придумала с папой.
Когда цветов набралось столько, что Варенька едва могла удержать их в руках, она побежала по мягкой зеленой траве. Ноги оторвались от земли, и Варенька начала парить в воздухе, потом удобно уселась на ветке мощного дуба и засмеялась.
— Это мой папа! — обрадованно закричала она.
Дерево ласково зашумело листьями, а Варенька, вдруг очутившись на качелях, взлетела на облако, которое ее нежно окутало. Девочке очень хорошо.
— Это мой папа! — от избытка нахлынувших чувств громко вскрикнула она, оглянулась, чтобы увидеть папу, но совсем неожиданно услышала голос тети Лины:
— Кого это черти притащили в такую рань?
Варенька удивленно открыла глаза и увидела Капитолину Николаевну, которая, натягивая на себя халат, шла в коридор, чтобы там открыть кому-то входную дверь. Девочка повернулась к стене, плотно закрыв глаза, натянула на плечо одеяло, но сон не вернулся.
— Получите деньги, — донеслось из коридора.
«Почтальон пришел», — в полудремоте отметила Варенька.