— Конечно-конечно, — махнул рукой директор, — иди.
***
— Я подозревал, что он с прибабахом ещё с того момента, как нас отправили ночью в Запретный лес на первом курсе, — проворчал Малфой. — И нет, Гарри, поступать так ненормально.
— Скажи ещё, что правильно было бы казнить Клювокрыла, — не согласился с ним гриффиндорец.
— Нет, — протянул Драко, — скотина в некомпетентности преподавателя не виновата.
Он выделил слово «преподаватель» так, будто сомневался, что этот термин применим к Хагриду.
— Почему тогда твой отец этого добивался? — нахмурился Поттер.
Драко удивлённо округлил глаза.
— Он добивался того, чтобы для занятий по уходу за магическими существами наняли квалифицированного преподавателя, а Дамблдору больше никогда не доверяли подбор кадров, — пояснил он.
— Хагрид — хороший человек, — пробормотал Гарри, — ты не знаешь, что он пережил.
— Так, расскажи мне, — Драко склонил голову набок, — и если ты заметил, я не критикую его личные качества, только его манеру преподавания. Вспомни, какую жуть он демонстрировал нам на занятиях! Это ведь надо додуматься, скрестить мантикору с огненным крабом!
— Хагрид учился в Хогвартсе пятьдесят лет назад, — проговорил Гарри, — тогда же Неназываемый впервые открыл Тайную комнату, и Плакса Миртл погибла от взгляда василиска. Но во всём обвинили Хагрида — он держал в сундуке акромантула.
— Типичный Хагрид, — Малфой всплеснул руками, но тут же посерьёзнел.
— Хагрида исключили, а его палочку сломали, — продолжал Гарри. — Дамблдор помог ему, позволил остаться в школе.
Малфой покачал головой.
— Как можно было перепутать смерть от укуса акромантула и от взгляда василиска? — недоуменно вопросил он.
Гарри замолчал. А ведь действительно, как? В воспоминании Тома Реддла тело Миртл, хоть и прикрытое простынёй, было целым. Даже если кто-то посчитал укусом какой-нибудь синяк, ведь должны же её были проверить на наличие яда?
— Понятно всё, — буркнул Малфой. — Вместо того, чтобы оправдать Хагрида официально, добрый директор оказал ему величайшую услугу, взяв на копеечную должность, чтобы тот чувствовал себя обязанным ему по гроб.
Гарри открыл рот, но не нашёл, что сказать. Дамблдор был первым взрослым, который проявлял к нему заботу, и гриффиндорец чувствовал к нему какую-то сыновью привязанность. Однако факты говорили сами за себя. Похоже, Дамблдор вёл какую-то свою игру, поддерживая Гарри настолько, насколько требовалось, чтобы тот поступал в соответствии с его ожиданиями. Но принять это было больно.
— К Клювокрылу ты сам полез, — фыркнул Гарри, меняя тему, — и нечего винить Хагрида!
— Так, на тебя же хотел впечатление произвести! — засмеялся Малфой. — Думаю, сейчас я этого гиппогрифа уложу одной левой, и Гарри ахнет!
— Да ладно тебе, — Поттер пихнул его локтем. — Что-то причитал ты потом не очень героически.
— Это был запасной план, — Драко возвёл указательный палец, — доблестный гриффиндорец у постели умирающего, — он полюбовался на озадаченное лицо Поттера и возмущённо добавил, — а ты даже в лазарет не зашёл! И после, ни разу не справился о моём самочувствии, хотя я очень громко жаловался всем на своё плачевное состояние!
— Ты серьёзно? — уточнил Гарри без улыбки. — Уже тогда?
— Бери выше, — фыркнул Малфой. — Ещё с первого курса.
— Да ну, — не поверил парень.
— Ну, да, — Драко подпёр голову рукой, — не поверишь, как я хотел проклясть Уизли, когда ты отказался со мной дружить.
Малфой был готов к тому, что Гарри снова не поверит, но тот вдруг нежно тронул его лицо кончиками пальцев. А потом поцеловал. Тоже аккуратно, будто Драко мог рассыпаться.
Малфой собирался объяснить, что хотел привлечь внимание гриффиндорца любым возможным способом, что занял место соперника, раз дружба ему не светила, что ему тоже было жаль Клювокрыла, что он рассказал Макгонагалл о драконе на первом курсе, испугавшись за жизнь Гарри. Но тот, похоже, и сам всё понял.
========== Часть 6 ==========