— Я теперь буду опасаться ходить на занятия, — поёжился гриффиндорец, вспоминая сверлящий взгляд чёрных глаз, — надо обзавестись амулетом для защиты от легилименции.
Малфой фыркнул.
— Северус — мастер-менталист, вряд ли ему помешает висюлька, зачарованная каким-нибудь выпускником.
У Поттера сделался какой-то загнанный вид.
— Он не полезет тебе в голову силком, — поспешил добавить Драко, взъерошивая растрёпанные волосы парня, — если человек не идёт на это добровольно, велик шанс превратить его мозги в студень.
— Он был бы этому рад, — пробухтел Гарри, подвигаясь к Малфою ближе, чтобы тому было удобнее его чесать. — Неужели, нет амулетов, защищающих от ментальных атак?
— От прямого заклинания — почти нет, — пожал плечами Драко, — таким артефактом, кажется, была Диадема Когтевран.
После этих слов произошло две вещи: упомянутая диадема упала Драко прямо в руки, а Гарри схватился за вспыхнувший болью шрам.
***
Гарри Поттер первым прибыл в деревню русалок, но надолго замешкался около «самых ценных людей». Чжоу Чанг, Рон Уизли, Падма Патил и незнакомая Поттеру младшекурсница с длинными светлыми волосами были привязаны за ноги и парили в толще воды, рождая нехорошие ассоциации с ритуалами и жертвоприношениями. Гарри недоуменно замер около шеренги, не зная, кого же ему спасать.
Поттер помнил былые заслуги Рона и до некоторого времени надеялся, что парень снова станет тем смелым и преданным другом, которого он когда-то знал. Но после бала Уизли, личная жизнь которого оставляла желать лучшего, начал рьяно поддерживать слухи о слизеринке, с которой якобы встречается Гарри. Причём, сыпал такими откровенными подробностями, будто держал над ними свечку. Слушать об этом было откровенно мерзко и Поттер, в очередной раз застав его в гостиной с толпой гриффиндорцев, воодушевлённо внимающих каждому слову рыжего болтуна, грубо посоветовал ему закрыть пасть и следить за собой. Это только лишний раз убедило всех, что девушка есть, и они с Поттером наверняка проделывают все те вещи, о которых с таким смаком рассказывал Уизли. Оставшись с Роном наедине, Гарри выразил надежду на то, что тот всё-таки одумается, перестанет распускать слухи и думать о Гарри гадости.
— Это зашло слишком далеко, — хмуро говорил Гарри, пытаясь достучаться до воинственно скрестившего руки на груди парня. — Даже если тебе кажется, будто я бросил своё имя в Кубок, это не повод вести себя так. Хватит. Просто, хватит, Рон.
Но Уизли не сделал из его попыток вести себя, как вменяемые люди, никаких выводов, и Гарри понял, что дружбе конец.
Чжоу Поттер некоторое время выделял среди прочих девушек, но после её отказа от приглашения на бал и признания Драко спасать когтевранку тоже было бы как-то странно. Падма Патил была просто сестрой однокурсницы, а четвёртую «жертву» Гарри вообще не знал.
Пока он раздумывал, объявился Седрик. Он заклинанием перерезал удерживающую Чжоу верёвку и напомнил Поттеру о времени, не понимая, чего тот мешкает. Следом за хаффлпаффцем приплыл акула-Крам. Увидев быстро приближающуюся оскаленную морду, Поттер едва не швырнул в него оглушающим заклинанием. Участник от Дурмстранга, недолго думая, забрал Падму, и Гарри против воли усмехнулся организации Турнира. Никто не ковырялся в каких-то глубинных привязанностях участников, а «самыми ценными» обозвали тех, кого они приглашали на Святочный бал. Плохо, что среди «жертв» не было Мэнди. Спасать Рона Гарри по-прежнему не хотелось, и он шарахнул «секо» по верёвке светловолосой девочки. Какая, в принципе, разница, кого он выберет? Пусть Флёр вытаскивает рыжего предателя.
Оказалось, разница была. Судя по реакции зрителей, все знали, кто кого должен был спасать, и явление Поттера с младшей сестрёнкой Делакур вызвало озадаченные перешёптывания. Очнувшаяся в ледяной воде Габриэль перепугалась и разревелась, и находящаяся на причале Флёр прыгнула в воду, помогая Поттеру вытащить девочку. Она же единственная, казалось, была рада тому, как Гарри выполнил задание. Едва оказавшись на суше, Флёр расцеловала парня в обе щеки, бормоча что-то по-французски.
Гермиона не разделяла благодарственных чувств девушки. Она налетела на Гарри, как бешенная кошка.
— Где Рон?! — заорала гриффиндорка так, что Поттер выронил очки и палочку. — Ты должен был спасти Рона! Как ты мог оставить его там? — она выхватила палочку, будто хотела заставить Гарри вернуться в озеро под её прицелом.
— Экспеллиармус! — Драко забрал у Гермионы палочку и решительно протолкался к эпицентру конфликта, закрывая спиной Гарри. — Окстись, полоумная! — осадил он не находящую слов от возмущения гриффиндорку. — Вытащат твоего любовничка, не стоит так визжать!
После этих слов лицо Грейнджер побагровело, и она бросилась на Малфоя с кулаками. Тот, не долго думая, наколдовал щит, в который девушка шарахнулась со всей дури, разбив лоб.
— Вот так, значит, да, Гарри? — зло прошипела она, держась за голову. — Мы с Роном для тебя уже пустое место? Променял нас на него?! — она окинула сохраняющего невозмутимость Малфоя ненавидящим взглядом.
— Рон назвал меня предателем, даже не потрудившись выслушать, а ты дала понять, что теперь я сам по себе, — возмутился Гарри, становясь рядом с Драко. — И после этого ты считаешь себя вправе предъявлять мне какие-то претензии?
В этот момент русалки вытолкнули на поверхность Рона Уизли, и Гермиона потеряла к Гарри интерес.
— Палочку даже не забрала, — недоуменно пожал плечом Драко и уронил деревяшку на землю. — Ну, раз ей не надо, то мне — тем более, — он обернулся к трясущемуся Гарри и торопливо бросил в него согревающие чары.
— Спасибо, — тот вздохнул с облегчением. — Что-то фигово мне после этой трансформации. Вроде, магией почти и не пользовался, а ощущения такие, будто дрался с троллем.
Драко призвал ещё одно полотенце и заботливо набросил его на плечи гриффиндорца. Судьи очень долго спорили, кому какое количество баллов присвоить, и в конце концов Гарри Поттер оказался на четвёртом месте. Флёр начала было протестовать — она вообще сошла с дистанции, не добравшись до деревни русалок, а Гарри всё же выполнил задание. Но мадам Максим быстро угомонила свою студентку, и та ушла вместе с другими девочками из Шармбатона, бросая на гриффиндорца виноватые взгляды.
Дамблдор же изъявил желание незамедлительно увидеть Поттера у себя в кабинете.
— Дайте же ему переодеться! — возмутился Малфой.
Директор посмотрел на него так, будто это было в порядке вещей — заставлять студента брести через весь замок в мокрых плавках и босиком.
— Хорошо, Гарри, переодевайся, и сразу — в мой кабинет, — сурово велел Дамблдор, после чего переключил своё внимание на чем-то недовольного Каркарова.